Победа Пригожина: Суровикин новый министр обороны, Шойгу ушел в отставку

Прошло 10 дней с начала марша на Москву – первой с 1942 года реальной военной угрозы российской столице. Практически без боёв мятежники «Вагнера» дошли до Тульской области – и не случись команды «Отставить», совершенно точно вышли бы на границы Московской. И «отставить» Шойгу стало бы не фантазией Евгения Пригожина, а приказом Владимира Путина.

Конечно, рассуждать о причинах и целях действий не вполне адекватного человека сложно, но примем как факт, что Пригожин не собирался смещать президента – он шёл в Москву ради отставки Сергея Шойгу. Если бы удалось форсировать Оку, столетиями защищающую Москву от кочевников, «кремлёвский повар» вполне мог бы дойти и до штаба Министерства обороны.

И, возможно, добиться своего.

Понятно, что секрет непотопляемости Шойгу состоит никак не в полководческих или спасательных талантах, а исключительно в его личной надёжности. Ставка на верность в ущерб профессионализму далеко не всегда бывает хорошим выбором, но обеспечивает определённую стабильность. Давать высокий пост явно более компетентному в военных вопросах и тем более популярному в армии человеку Путин явно считает слишком рискованным для себя лично.

Приход Шойгу в своё время вызвал в войсках эйфорию – «министра Табуреткина» (Алексея Сердюкова) ненавидели всей душой. Но с тех пор любовь к новому руководителю изрядно поостыла – ему регулярно припоминают отсутствие опыта службы в армии, расстановку вокруг себя «арбатских генералов» и слабое представление о реалиях боевых действий. Да и далёкие от запланированных промежуточные итоги спецоперации никак не играют на руку бывшему строителю.

Бывший министр обороны Анатолий Сердюков (в центре) в Пресненском суде. Фото: ТАСС

Считается, что Пригожин видел идеальным кандидатом на пост министра обороны генерала Сергея Суровикина. Именно Суровикин в Сирии сумел организовать нормальную координацию регулярных российских войск и наёмников «Вагнера».

Понижение Суровикина с поста главы СВО до заместителя, как считается, была связана как раз с первым публичным демаршем Пригожина – тот обвинил Минобороны России в недостаточном объёме поставок снарядов. Возможно, это было как раз предупреждение Путина Пригожину – Суровикин к тому моменту уже однозначно воспринимался как единственный военачальник, имеющий хорошие отношения с главой «Вагнера».

Характерно, что именно Суровикин первым обратился к мятежникам с требованием «подчиниться воле и приказу всенародно избранного президента». Но, судя по всему, эта демонстрация преданности сильно запоздала. Суровикин, как, кстати, и сменивший его во главе СВО глава Генштаба Валерий Герасимов, начисто исчезли из публичного пространства, их судьба неизвестна.

Путин очень не любит отступать, но, положим, Пригожин нашёл бы формулу, при которой отставка Шойгу не выглядела бы вынужденной – или вообще не стала бы необходимой. Тут есть два варианта – или учредить для Сергея Кужугетовича специальную высокую, но малозначимую должность (например, организовать Госкомитет обороны и поставить его первым замом), или же учредить для Суровикина должность, на которой он мог бы «задвинуть» министра обороны (например, главы того же ГКО с реальными полномочиями).

Что было бы дальше?

Очевидно, что страна стала бы другой. Одним Шойгу не обошлось бы.

Головы полетели бы деликатно, но решительно.

Без вариантов ушёл бы с поста главы Генштаба Герасимов – не исключено, что его сменил бы лично Путин.

Не удержался бы во главе «Ростеха» Сергей Чемезов – выстроенная им своеобразная структура не годится под мобилизационные требования.

Автоматически потеряли бы существенную часть влияния кланы Ротенбергов и Ковальчуков: первым оставили бы только спорт, вторым науку.

Президент России Владимир Путин (слева) и бизнесмен Аркадий Ротенберг (Фото: PhotoXPress)

Постепенно покинули бы свои посты ряд министров – в первую очередь тесно связанный с названными выше глава Минпромторга Денис Мантуров, количество неприятных вопросов к которому просто зашкаливает.

А где отставка, там вскоре и расследования былой деятельности. И эта часть действий получила бы широчайшую поддержку общественности, а значит, придала бы новой формуле власти внутреннюю легитимность.

Что до СВО, то Россия вскоре начала бы крупномасштабное наступление с реальными ударами по центрам принятия решений, негласные договорённости на этот счёт с Западом перестали бы действовать. Далеко не факт, правда, что наступление стало бы удачным: глубоко эшелонированная оборона ВСУ всё ещё не испытывает недостатка в людях и благодаря крупным поставкам во многом превосходит нас в материально-техническом оснащении.

В стране прошла бы новая мобилизация, причём мобилизация двойная – как кадровая, так и промышленная. Девиз «Всё для фронта, всё для победы» стал бы решающим, социальные выплаты были бы урезаны, рабочая неделя на производстве увеличена, зарплаты в ВПК выросли бы в ущерб другим отраслям.

Модель Kandinsky 2.1 нарисовала: Всё для фронта, всё для победы

Контроль над ядерной кнопкой остался бы в руках Путина и армии, вероятность её нажатия едва ли изменилась бы: это возможно только при радикальном ухудшении обстановки на фронте. Пригожин не раз негативно высказывался о возможности применения ядерного оружия.

Зато в этой ситуации было бы крайне уместным вступление Белоруссии в конфликт на стороне России. Затаившаяся в ожидании армия Лукашенко сейчас напоминает старую гвардию Наполеона, которую тот так и не пустил в ход под Бородином – историческая ошибка французского императора, позволившая Кутузову увести войска в относительном порядке.

Сложно сказать, чью сторону занял бы Рамзан Кадыров. Глава Чечни мог бы как признать новую реальность и продолжить сотрудничество с Кремлём, так и использовать момент для сепаратистского выступления с целью отделения от Москвы кавказских республик. Увязшая на Украине армия вряд ли смогла бы помешать таким планам, Запад бы радостно поддержал «новые государства», и Пригожин – Суровикин получили бы очень большие проблемы, в том числе и имиджевые.

Так что не исключено, что разрабатывалась идея превентивного удара, и вместе с Шойгу в отставку отправился бы и Кадыров, а его армию постарались бы разоружить.

К слову, смутным моментом радостно воспользовалась бы и многомиллионная пятая колонна выходцев из Средней Азии и Кавказа – эти неплохо скоординированные, вооружённые холодным оружием и короткостволами молодчики уже сейчас готовы дестабилизировать обстановку абсолютно в любом регионе. Путинские чиновники сдерживают лидеров диаспор, но если ослабнет Путин, договорённости, опять же, перестанут соблюдаться. Пригожин, впрочем, доказал в Африке, что умеет договариваться с дикарями.

* * *

Итого: смена части прикремлёвской элиты, жестокие удары по Киеву (и, вероятно, ответные по Москве, дальнобойными ракетами), попытки включения Белоруссии в конфликт, сепаратистские выступления внутри страны, уличные беспорядки. В такой обстановке среди элит, вероятно, достаточно быстро сформировалась бы новая сила условно-либерального направления, которая постаралась бы убрать Путина и Пригожина, а потом заключить мир на Украине любой ценой. Получилось бы – другой вопрос, но та или иная форма смутного времени была бы неизбежной.

Комментарии 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.