Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Вышинский в интервью RT: «Я должен ещё очень много сделать в профессии»

Глава РИА Новости Украина Кирилл Вышинский дал эксклюзивное интервью RT через несколько часов после решения суда в Киеве, который отпустил его под личное поручительство. Журналист находился в заключении около 470 дней. Москва неоднократно подчёркивала необоснованность обвинений в адрес Вышинского. В интервью он поблагодарил людей, которые поддерживали его, а также заявил, что намерен продолжать заниматься журналистикой. RT вёл прямую трансляцию.

– Удалось ли вам после освобождения поговорить с матерью и что она сказала?

– К сожалению, нет. Я пока не разговаривал со своей матерью, но она прекрасно знает, что произошло. Я надеюсь, что в ближайшее время смогу с ней поговорить.

– Вы всегда отстранялись от оценки работы новой власти, прихода Зеленского и «Слуги народа» к власти. Как вы считаете, ваше освобождение связано с новой властью?

– Оно точно произошло уже после того, как Зеленский стал президентом. Наверное, с этими хронологическими совпадениями и связаны какие-то политические изменения в стране. Насколько и как глубоко они связаны, я сказать не могу.

– Как вы оцениваете ситуацию со свободой слова на Украине на сегодняшний момент?

– Не могу ничего по этому поводу сказать, поскольку больше года провёл в тюрьме. Очень мало читал, видел только какие-то отдельные украинские телеканалы и не могу давать какие-то оценки и брать на себя в этом смысле смелость. Для обобщения и анализа у меня мало информации.

Я надеюсь, что ситуация точно будет меняться в лучшую сторону, поскольку администрация и офис президента Зеленского, его политическое окружение и депутаты декларируют приверженность демократическим и либертарианским ценностям. Я надеюсь, что свобода слова для них будет серьёзной ценностью, а не просто пустыми словами, как для многих политиков времён Порошенко.

– Нет, я не думал о политической карьере, поскольку я давно профессионально занимаюсь журналистикой, больше 20 лет. Я считаю, что могу ещё очень много сделать в профессии. Считаю, что профессия помогла мне преодолеть то, что я преодолевал в течение последнего года.

Я в долгу у профессии и должен ещё очень много сделать в профессии, в том числе поделиться своими эмоциями и знаниями, которые я почерпнул за последний год.

– Можно сделать вывод, что журналистскую карьеру на Украине вы продолжите и будете и дальше заниматься политической журналистикой?

– Я точно буду заниматься журналистикой. Не знаю, будет ли она политической. Я буду заниматься профессией. Профессия меня поддержала и во многом спасла за прошедший год. Да, я буду заниматься профессией в меру сил, возможностей, опыта и навыков.

– Сейчас очень много обсуждений вопроса обмена между Россией и Украиной лицами, которые сейчас содержатся по стражей. Как вы можете оценить такие переговоры между Россией и Украиной?

– Я ничего не могу по этому поводу сказать, поскольку я год находился в тюрьме. Это специфические условия, в которых мало информации. Говорить о каких-то слухах я не хотел бы. Я считаю, что, если есть возможность дать людям выйти на свободу, её нужно использовать. Как это будут делать политики, я не знаю.

Но мне кажется, что любой человек, оказавшийся на свободе, без сомнения, будет благодарен. И самое главное, мне кажется, свобода – это главная ценность. По крайней мере я это серьёзно осознал за последний год с лишним.

– Раньше вы говорили о готовности отказаться от украинского гражданства в пользу российского. Какие сейчас у вас мысли по этому поводу?

– У меня пока нет никаких мыслей, поскольку все мои мысли сейчас связаны с теми юридическими процедурами, которые я должен совершить, выйдя после более чем года заключения. За этот год было много всего разного. Это было продиктовано разными обстоятельствами, о которых я бы не хотел сейчас говорить. Поэтому я даже не возвращаюсь к этому вопросу, мне многое нужно обдумать. Об этом я сейчас не думаю.

– Что для вас было самым тяжёлым в заключении?

– Само заключение. Как и для любого человека, который попал в тюрьму.

– Как вы оцениваете решение суда, который наконец-то услышал доводы защиты и наконец-то решил выпустить вас из СИЗО?

– Я и раньше считал, и сейчас считаю, что это справедливое и вполне в рамках закона принятое решение. Как ни крути, решение суда приходится выполнять. Это решение мне нравится, потому что оно касается моей личной свободы. Я считаю, что оно не какое-то из ряда вон выходящее. Оно (вынесено. – RT) в рамках юридической практики, сложившейся после отмены Конституционным судом 176-й статьи, которая делала безальтернативными преступления по тем статьям, по которым я находился в тюрьме.

Я считаю, что это решение суда справедливое, законное, и знаю, что не я один прохожу через такую юридическую практику. Поэтому ничего в этом смысле выдающегося нет. Когда это касается тебя лично, конечно, ты испытываешь особое счастье от того, что оказался на свободе по решению суда.

– Расскажите, какие условия были у вас в СИЗО, как относились к вам сокамерники и администрация учреждения. Может быть, были какие-то неудобства или, наоборот, привилегии?

– Я уже об этом не думаю и не вспоминаю, поскольку занят другими мыслями. Я считаю, что бы ни было со мной за всё это время в течение года – это жизненный опыт. Он не бывает плохим или хорошим, он бывает травматическим, трагическим, приятным, радостным. Вот у меня такой был опыт последний год.

Я встречался с разными людьми. Большинство из них относились ко мне хорошо, иногда даже очень тепло, особенно понимая, в каких обстоятельствах я оказался, понимая, насколько предъявленные мне обвинения несостоятельны. Это были разные люди и разные отношения.

Это большой багаж, большой опыт, который я понесу, потому что для меня он очень много значит.

– Суды над вами всё-таки будут продолжаться. Скажите, готовы ли к возможному решению суда, что вы всё-таки виновны по тем статьям, которые вам инкриминируют?

– Я никогда не был готов к такому решению, поскольку считаю, что это решение можно было принять в тех обстоятельствах, которые существуют, с теми фактами и с той доказательной базой только под политическим давлением.

Если политического давления не будет, то обвинительного приговора не будет. Вот и всё. Будем ходить в суд, будем принимать участие в заседаниях.

– Недавно спецпредставитель США по Украине Курт Волкер заявил, что не видит никаких угроз свободе слова на Украине. Вы исходя из своего опыта как можете оценить его заявление?

– Моя личная судьба – мне кажется, это определённое свидетельство того, что со свободой слова было не очень хорошо. Что изменилось за то время, пока я находился в тюрьме, не знаю. Стало ли лучше? Не могу сказать.

Комментировать политиков – это такое неблагодарное дело. Курт Волкер считает так. Видимо, у него есть для этого какие-то основания.

Я как человек, который был и остался профессиональным журналистом, постоянно работал в соответствии с профессиональными стандартами, провёл год в тюрьме. Мне кажется, что это точно не лучшая характеристика состояния свободы слова на Украине.

– Ощущали ли вы поддержку со стороны других журналистов, коллег по цеху? Или, может быть, были какие-то организации, которые вас поддерживали? Была ли ощутима эта поддержка?

– Да, для меня было важно, что люди, которые со мной работают в одном цеху, поддерживали меня максимально, боролись за моё освобождение. Обращались в разные инстанции, требуя освободить меня как человека, который попал за решётку за свою профессиональную деятельность.

Поэтому для меня те люди, которые подписывали обращения, которые выходили на митинги в мою поддержку, которые обращались к правозащитникам, к политикам и пытались повлиять на ситуацию со мной, – для меня эти люди оказали ценную поддержку.

Все, кто меня поддерживал, кто хотел, чтобы я оказался на свободе и в перспективе была доказана моя невиновность, – к ним ко всем я отношусь с огромной благодарностью. Огромное им спасибо за всё, что они сделали.

– Швейцарская организация «Сеть солидарности» написала письмо с обращением к властям Украины, чтобы вас немедленно освободили. Могло ли это внести какой-то вклад в ваше освобождение?

– Мне сложно сказать. Осознание незаконности моего содержания в тюрьме и стало той последней каплей, которая помогла судьям и прокурорам сегодня поддержать ходатайство моего адвоката.

Я не знаю, что было той последней каплей, которая перевесила чашу. Но я благодарен всем тем, кто эти капли в эту чашу вносил.

– Очень много на Украине осталось за решёткой политических заключённых, которые менее известны и о которых не говорят в прессе. Суд продолжает их удерживать под стражей. Что можете передать этим ребятам?

– Я не готов говорить какие-то слова всем и сразу, поскольку я не готов оценивать, что содержится в обвинениях этих людей.

– Большинство их них даже оружия в руки не брали. Либо это высказывания в социальных сетях, либо это какая-то статья.

– Смотрите, я уверен, что практика широкого, а иногда слишком широкого применения статей, связанных с нацбезопасностью, будет идти на убыль. Поскольку не может быть столько врагов внутри самой страны. Не могут люди так ненавидеть свою страну, чтобы только тем и заниматься, что изменять ей, вызывать её развал. Не может такого быть. Не верю я в это.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

155

Похожие новости
17 сентября 2019, 17:30
17 сентября 2019, 18:00
18 сентября 2019, 13:30
17 сентября 2019, 15:30
18 сентября 2019, 01:30
19 сентября 2019, 01:30

Новости партнеров


Новости партнеров
 

Новости

Популярные новости
15 сентября 2019, 15:45
15 сентября 2019, 17:45
16 сентября 2019, 18:00
16 сентября 2019, 22:00
14 сентября 2019, 19:45
14 сентября 2019, 15:45
14 сентября 2019, 21:15

Интересное на сайте
14 ноября 2012, 15:10
28 января 2014, 16:31
12 декабря 2012, 10:41
01 марта 2011, 15:10
02 ноября 2011, 15:09
14 декабря 2010, 14:20
14 декабря 2013, 14:21