Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Виноват ли Генерал Мороз?

Ровно 75 лет назад Великая Отечественная война пережила едва ли не самый драматичный этап: борьба за Москву балансировала на грани – удастся отстоять её войскам Красной армии или повторится ситуация 1812 года.

15-18 ноября 1941 г. группа немецких армий «Центр» возобновила наступление, нанося главные удары в направлении Клина, Рогачёва (в обход Москвы с севера) и Тулы, Каширы (в обход с юга). Перевес в силах по-прежнему был на стороне вермахта: в живой силе – в 2 раза, в артиллерии и минометах – в 2,5 раза, в танках – в 1,5 раза.

Соединения 4-й и 3-й танковых групп врага нанесли удар в направлении Волоколамска и Клина. В результате пали Клин и Солнечногорск, а немецкие моторизованные колонны вышли к Ленинградскому шоссе. Здесь, к северо-западу от Москвы, обозначилась главная угроза городу. Немецким военачальникам казалось, что пройдет еще несколько дней и их танки ворвутся в советскую столицу. Тем более что ноябрьская погода благоприятствовала: пехота и техника продвигались на восток по твердой промерзшей земле, а небо было настолько чистым, что никаких ограничений авиация не испытывала.

Однако радужные перспективы были обманчивыми. Чем ближе враг был к городской черте, тем больших жертв стоил ему каждый новый шаг. Особенно ожесточенные бои развернулись на волоколамском направлении, где стояла насмерть 316-я стрелковая дивизия 16-й армии под командованием генерала И.В. Панфилова, сформированная на территории Киргизии и Казахстана. Немцы, рассчитывавшие с ходу прорваться по Волоколамскому шоссе к Москве, не смогли сломить сопротивления дивизии, еще в октябрьских боях потеряв до 90 танков и несколько батальонов пехоты.

Новые значительные потери они понесли в ходе ноябрьских боев. 18 ноября по ходатайству командующего Западным фронтом генерала армии Г.К. Жукова дивизия была переименована в 8-ю гвардейскую и награждена орденом Красного Знамени. Но в тот же день в бою у деревни Гусенево погиб ее легендарный командир генерал Панфилов. Его имя постановлением ГКО от 23 ноября 1941 г. было присвоено дивизии. До начала декабря панфиловцы с тяжелыми боями, переходя в контратаки, отходили от рубежа к рубежу, не давая фашистам осуществить прорыв к Москве. У поселка Крюково, ныне находящегося в черте Зеленограда, враг был окончательно остановлен. 8-я гвардейская дивизия вместе с другими соединениями Западного фронта выиграла время, необходимое для подхода резервов.

Немецкой авиации не удалось захватить господство в воздухе в районе Москвы. Неспособность люфтваффе в должной мере поддерживать наземные части вермахта снижала темпы продвижения группы армий «Центр». С другой стороны, массированные атаки на жилые кварталы и предприятия города не дезорганизовали москвичей.

Германской авиации в столичном регионе противостояли части Московской зоны ПВО и силы местной ПВО. По данным Московского корпусного района ПВО, за первые шесть месяцев войны в налетах на столицу участвовало более 7 тыс. самолетов противника, из них к городу прорвалось всего 229. Всего же в Москве 141 раз объявлялась воздушная тревога. На город было сброшено 1610 фугасных и 110 тыс. зажигательных бомб. Во время воздушных налетов пострадало 7,7 тыс. человек, 2196 человек погибли. Жертв было бы значительно больше (вспомним хотя бы пример Лондона), если бы не эффективно действовавшая система противовоздушной обороны Москвы.

Корреспондент английской газеты «Санди таймс» Александр Верт, сравнивая отражение первых налетов на Москву с противовоздушной обороной британской столицы, писал: «Особенно внушительное впечатление произвел мощный заградительный огонь [зениток]: шрапнель зенитных снарядов барабанила по улицам, точно град. Десятки прожекторов освещали небо. В Лондоне мне не приходилось ни видеть, ни слышать ничего подобного».

В небе и на земле на подступах к столице происходили кардинальные изменения, свидетельствовавшие, что события разворачиваются не в пользу вермахта. В 20-х числах ноября перед лицом немецких войск стояли уже не ослабленные и деморализованные части РККА, а свежие части из внутренних регионов СССР. Под Москву были переброшены: из Средней Азии – две стрелковых (в т.ч. упомянутая выше 316-я) и четыре кавалерийских дивизии, с Дальнего Востока – три стрелковых, одна мотострелковая и две танковых ди­визии; из Забайкалья – стрелковая и мотострелковая дивизии, из Сибири – четыре стрелковые бригады и другие соединения и части. Военно-морской флот направил на защиту столицы пять морских стрелковых бригад, стрелковую бригаду и самостоятельный отряд моряков. Прозвучит: «воины-панфиловцы», «сибирские дивизии», и мы сразу понимаем, что подвиг у стен Москвы вершила вся страна.

Но сила группы армий «Центр» была еще велика, и её командующий фельдмаршал фон Бок верил в успех. До окраин города с северо-запада 3-й и 4-й танковым группам оставалось всего около 40 км. Взятие столицы в этой связи казалось делом ближайших дней.

Обстановка под Москвой в последних числах ноября 1941 г.

Вслед за боями на волоколамском направлении упорные сражения развернулись в районе Истры. Здесь дивизии СС «Райх» противостояла 78-я стрелковая («сибирская») дивизия под командованием полковника, затем генерал-майора А.П. Белобородова. Вскоре 78-я дивизия стала 9-й гвардейской. Несмотря на контратаки советских войск, 21 ноября 46-й корпус 4-й танковой группы противника занял населенный пункт Ново-Петровское. В то же время 40-й корпус пробился на восток севернее города Истры.

Соединения группы армий «Центр» продолжали развивать удар на стыке Калининского и Западного фронтов, где советская оборона была наиболее уязвимой. После захвата Клина и Солнечногорска 11-й танковой дивизии вермахта 25 ноября удалось переправиться через реку Истру и Истринское водохранилище. Фельдмаршал Бок делал ставку на успех 4-й танковой группы. С истринского участка немецкие соединения выходили на ближние подступы к Москве. Бои шли уже в районе дачных поселков в окрестностях города. Участок боевых действий северо-западнее Москвы стал решающим для противоборствующих сторон.

Но успех немецкого наступления зависел во многом и от событий на южном фланге, в районе Тулы. С 18 ноября главный удар танковой армии Гудериана был направлен в стык Западного и Юго-Западного фронтов. Прорвав слабую оборону левого фланга 50-й армии, немцы устремились в обход Тулы с востока. К исходу 25 ноября они достигли рубежа в 6 км к югу от Каширы. Но сильный контрудар 2-го кавкорпуса (с 26 ноября – 1-й гвардейский кавкорпус) генерала П.А. Белова заставил противника перейти к обороне. В начале декабря немцы вновь попытались овладеть Тулой. Им удалось даже выйти к Московскому шоссе. Город был почти полностью окружен, оставался лишь узкий коридор шириной в 5–6 км, но преодолеть его германские части не смогли. Очевидно, что если бы Тула в тот момент пала, то советская оборона к югу и юго-западу от Москвы могла бы не выдержать очередного натиска и части вермахта подошли бы к столице вплотную.

В пехотных ротах оставалось всего по 20-30 человек, но фон Бок, казалось, не замечал нарастающих трудностей. Он уже видел город в бинокль и рассчитывал ворваться в него даже без содействия сил Гудериана. Генерал Рейнгардт, командующий 3-й танковой группой, получил приказ достичь канала Москва–Волга в районе Яхрома–Дмитров. Ценой громадных усилий танковой группе удалось в конце ноября переправиться в районе Яхромы на восточный берег канала. Но здесь её соединения были остановлены передовыми частями советской 1-й ударной армии (генерал В.И. Кузнецов), переданной 29 ноября из резерва Ставки Западному фронту. Вскоре соединениям армии удалось разбить и отбросить на противоположную сторону уже переправившиеся немецкие части из 56-го армейского корпуса.

Южнее активными действиями советской 20-й армии было остановлено продвижение вперед 4-й танковой группы на рубеже, проходящем через район деревни Красная Поляна (что в 27 км от Кремля), которая была занята немецкими войсками 1 декабря.

Последняя отчаянная попытка группы армий «Центр» прорваться к Москве была предпринята в самом начале декабря в районе Звенигорода и Наро-Фоминска (в полосе 4-й армии). Утром 1 декабря после мощной артиллерийской и авиационной подготовки немцы начали наступление. В районе Звенигорода они особого успеха не имели, но северо-западнее Наро-Фоминска враг, используя свое более чем пятикратное превосходство, прорвал оборону 33-й советской армии. К полудню 2 декабря пехотные части вермахта при поддержке 15 танков заняли Петровское и Бурцево. До окраин Москвы оставалось всего 30 км. Однако в результате контрудара боевой группы 33-й армии части вермахта были остановлены. Операция по ликвидации нарофоминского прорыва группы армий «Центр» имела большое значение в битве за Москву. 5-я и 33-я армии Западного фронта сдержали отчаянный натиск германских войск и не допустили их продвижения к столице по Минскому и Киевскому шоссе.

Сегодня существуют различные точки зрения относительно воздействия, которое оказала наступившая морозная погода на наступление немцев в конце ноября – начале декабря 1941 г. Данные о температуре воздуха в этот период в отечественных и зарубежных исследованиях расходятся. Отметим, однако, что по немецким источникам она редко превышала тогда обычную для этого времени отметку минус 15-16 градусов и лишь в первых числах декабря достигла 30 градусов ниже нуля по Цельсию. Естественно, сильный мороз вносил немалые коррективы в действия германских войск, в частности заставлял экипажи танков и водителей грузовиков тратить массу времени на подогрев моторов, а боевые подразделения были вынуждены совершать переходы только вблизи населенных пунктов. Но температура ниже 30 градусов стояла всего два дня, кроме того, холод оказывал воздействие и на советских солдат. Так что причиной срыва наступления группы армий «Центр» был вовсе не мифический Генерал Мороз, а стойкость и возросшее сопротивление Красной армии. Прорыв частей вермахта, усиленных танками, в районе Наро-Фоминска, когда им всего за сутки удалось продвинуться на глубину 25 км, но затем пришлось ретироваться под воздействием контрудара советских частей, - яркое тому подтверждение.

Мемориал в парке имени 28 гвардейцев-панфиловцев в Алмате

Отдел по изучению иностранных армий Востока Генштаба главного командования сухопутных войск (ОКХ) Германии сообщал о подходе к фронту новых соединений Красной армии, способных вести упорную борьбу против группы армий «Центр». В сводке за 26 ноября указывалось, что «воздушная разведка установила интенсивное железнодорожное движение между городами Тамбов и Ранненбург…». В других документах ОКХ отмечалось, что не только на северном фланге группы армий «Центр», но и в районе Тулы «противник ввел в бой свежие силы...».

В то же время наряду с достоверными сведениями присутствовали совершенно неверные выводы о намерениях советских войск. Так, 2 декабря германскому военному руководству было представлено разведсообщение, в котором говорилось: «...русское командование в настоящее время не располагает резервами и поэтому предпринимает попытки, введя в бой все имеющиеся в распоряжении силы, приостановить наступление немецких войск...» Заметим, что этот вывод был сделан всего за три дня до начала контрнаступления Красной армии. 

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

141

Похожие новости
02 ноября 2016, 01:16
10 августа 2016, 00:15
27 августа 2016, 00:15
11 сентября 2016, 00:15
05 ноября 2016, 23:15
21 сентября 2016, 00:15

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Популярные новости
27 ноября 2016, 21:00
27 ноября 2016, 18:15
01 декабря 2016, 08:15
30 ноября 2016, 04:01
02 декабря 2016, 21:00
29 ноября 2016, 18:30
28 ноября 2016, 13:00

Интересное на сайте
02 ноября 2011, 15:09
22 февраля 2013, 16:53
12 июня 2011, 12:19
14 декабря 2010, 14:20
14 декабря 2010, 12:21
23 июля 2013, 11:33
05 марта 2012, 12:57