Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Удастся ли Польше выстроить «Речь Посполитую — 2.0»?

За последние два десятилетия в Восточной Европе в лице Польши вызрела сила, претендующая на главенствующую роль в регионе. Полякам кружат голову грёзы о былом величии Речи Посполитой — и многие здесь считают, что пришло время для того, чтобы вернуть былые светлые времена. В Варшаве активно обсуждают проект «Междуморья»: гипотетического надгосударственного объединения из собственно Польши, а также Украины, Белоруссии, Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Венгрии, Румынии, Югославии, Чехии, Словакии и, возможно, даже Финляндии. Руководить этим объединением намереваются, естественно, поляки.

Вековая мечта

В XVI веке, после окончательного объединения с Великим княжеством Литовским, Польша находилась в зените могущества, простираясь, в прямом смысле, от моря до моря — от Балтийского до Чёрного. Официальные круги страны лелеют воспоминания о тех далёких временах и мечтают о возвращении былой мощи. Основы идеи «Речи Посполитой — 2.0» заложил ещё до Второй мировой войны один из главных «отцов» нынешней польской государственности Юзеф Пилсудский. Он полагал необходимым создание огромного конфедеративного государства, которое должно простираться от Чёрного и Адриатического морей до Балтийского. «Пилсудский считал, что восстановление Речи Посполитой позволит государствам Центральной Европы избежать доминирования Германии или России. На сегодняшний день „мини-Речь Посполитая“ выстраивается по периметру границ РФ», — пишет аналитик Артем Баласанов.

Доктор политических наук, кандидат исторических наук, доцент Санкт-Петербургского университета Наталья Еремина в беседе с EADaily сказала, что проект Междуморья надо рассматривать как идею или даже как концептуальный инструмент, который, во-первых, нужно «обкатать» на предмет реакции общества и соседних государств. «Во-вторых, данный проект стоит оценивать, как способ формирования своего места и роли в Европе, в-третьих, это метод поиска отчётливых союзников и партнеров. Различные программы, которые осуществляет Польша (вроде знаменитой „карты поляка“), также можно рассматривать в контексте этой концепции — с точки зрения поставленных задач на формирование лояльности польской власти и признание её легитимной и большой роли в Европе. И, в конце концов, этот проект, очевидно, бросает вызов России. Но дело в том, что лучше всего его рассматривать именно как идею и лишь отчасти, как инструмент, как концепцию для обеспечения политики. „Междуморье“ вызывает массу вопросов — прежде всего связанных с возможностями обеспечения столь широкомасштабных геополитических претензий Варшавы», — отмечает Еремина.

Как известно, Польша и так уже связана особыми отношениями с Венгрией, Чехией и Словакией, входящими вместе с ней в так называемую «Вышеградскую четверку». Но этого гордые паны считают недостаточным. Символично, что нынешний президент Польши Анджей Дуда перед вступлением в должность в августе 2015 вновь поднял тему Междуморья. В интервью Польскому агентству печати (РАР) Дуда высказался в пользу «более тесного сотрудничества стран этого региона — от Балтики до Адриатики и Черноморья». Президент подчеркнул: «У данных стран есть общий опыт, связанный со второй половиной XX века — и сегодня зачастую они испытывают общие проблемы. Я думаю, что это не только вопросы безопасности, но и экономической ситуации». Впрочем, высказывания президента подверглись двойной трактовке. Некоторые польские эксперты интерпретировали слова Дуды, как претензию Варшавы на лидерство в возможном газопроводном консорциуме из нескольких стран (который бы простирался от польского терминала сжиженного природного газа в Свиноуйсьце до хорватского на острове Крк). Согласно ещё одной трактовке, речь идёт о начале операции по подключению Украины к строительству газопроводной сети, которая должна повысить «энергетическую безопасность» Вышеградской группы. Советник президента по международным вопросам Кшиштоф Щерский, в свою очередь, является давним апологетом проекта «Евро-Карпат», который должен стать предметом ведения Польши, а также Австрии, Чехии, Словакии, Украины, Сербии и Хорватии — охватив как входящие в ЕС страны, так и кандидатов на вступление.

«Восточное партнёрство» в действии

Сейчас поляки надеются, что Вашингтон и Брюссель могут поддержать проект Междуморья — если их удастся убедить, что данное образование будет выполнять функции «санитарного кордона», отделяющего Западную Европу от «агрессивной России». И до последнего времени польским панам удавалось навязывать свое видение региональной ситуации — причём, мощным оружием Варшавы являлась широко известная программа «Восточного партнёрства». Как известно, «Восточное партнёрство» зародилось в мае 2008 года на основе польско-шведской инициативы. Через год в Праге состоялся первый саммит ВП. В программе организации значилось, что она станет развиваться «параллельно сотрудничеству с Россией». Вообще, изначально всячески подчёркивалось, что целью «партнёрства» является желание лишь сгладить противоречия между «старыми» и «новыми» членами Евросоюза. Однако, вскоре выяснилось, что на самом деле «Восточное партнёрство» создавалось с целью экспансии: ВП завязало переговоры о подготовке соглашений об ассоциации с Украиной и Молдавией. Оперативно были выработаны и утверждены рабочие программы для четырёх тематических платформ на 2009−2011 гг. Их названия («Демократия, хорошее управление и стабильность», «Экономическая интеграция и конвергенция с политиками ЕС» «Энергетическая безопасность», «Контакты между людьми») свидетельствовали о том, что Евросоюз придаёт очень большое значение «подтягиванию» республик бывшего СССР в зону своего влияния. В Польше же неоднократно давали понять, что рассматривают продвигаемый Москвой Таможенный союз в качестве опасного соперника. Фактически, на наших глазах идёт ожесточённая борьба между двумя центрами освоения евразийского пространства. К настоящему моменту входящие в «Восточное партнёрство» страны разделились: Украина, Молдавия и Грузия подписали ассоциативные договоры с Евросоюзом; Азербайджан, Армения и Белоруссия — нет (впрочем, ЕС и Армения согласовали текст соглашения о всеобъемлющем партнёрстве). Во второй половине 2013 года, когда, как предполагалось, Украина заключит договор с Евросоюзом, в Совете ЕС председательствовала Литва — документ готовились подписать в ноябре в Вильнюсе именно в ходе саммита ВП. Амбициозная президент Литвы Даля Грибаускайте усмотрела в этом блестящий шанс поднять свой авторитет в глазах Брюсселя. Однако слабый, колеблющийся президент Виктор Янукович в последний момент передумал подписывать документ — и всякий политес оказался отброшенным. Европа и США начали последовательно «продавливать» в Киеве силовой вариант, на Россию же обрушили шквал всевозможных обвинений, а позднее и санкций. Вплоть до момента бегства Януковича эмиссары из Польши и Прибалтики летали в Киев, как на работу: воодушевлять и поддерживать «восставший народ». Новый же президент Пётр Порошенко заявил, что «евроинтеграции нет альтернативы», фактически отказавшись от суверенитета возглавляемого им государства.

Последний на данный момент саммит «Восточного партнерства» состоялся в мае 2015 года в Риге. Его участники ставили перед собой две задачи. Первая из них сводилась к тому, чтобы эффективнее «переварить» ту «добычу», что Евросоюз уже завоевал — максимально привязав к себе Украину, Грузию и Молдавию, но не давая им доступа в собственно ЕС. «Подлинный смысл Рижского саммита в том, чтобы повторить волю ЕС: Молдавия, Украина и Грузия должны сидеть в гетто под названием „Восточное партнёрство“ и не рыпаться», — саркастически подчеркнул молдавский политолог Виктор Жосу. Но куда более важной представлялась задача номер два: попытаться вырвать из сферы влияния России те государства, которые, вроде бы, сделали выбор в пользу Евразийского экономического союза. Так, к примеру, в Армении к тому моменту активизировался фонд «Окно на Восток», связанный со специальными структурами США и Польши. Его сотрудники активно устраивали в разных армянских городах тренинги, семинары, круглые столы и иные акции, в ходе которых местную молодежь учили «выражать свою гражданскую позицию нестандартными способами». Руководил этой программой бывший министр иностранных дел Польши Влодзимеж Цимошевич. Данные действия обернулись крупными антиправительственными волнениями в Армении — пресловутым «электромайданом». Активно действовали и действуют проводники польского влияния и в Белоруссии.

Hе только против России, но и против Германии

Впрочем, саммит в Риге не показал каких-то громких результатов. Основным его «достижением» стали риторические упражнения участников, зафиксированные в итоговой декларации. В этом документе подчеркиваются «важность и значимость проекта „Восточного партнёрства“», «суверенное право каждого из партнёров на свободный выбор уровня амбиций и целей, к которым они стремятся в своих отношениях с Евросоюзом», важность создания «единого пространства всеобщей демократии, процветания, стабильности» и т. д. С конкретным же наполнением оказалось куда хуже. Крупным разочарованием для устроителей саммита стал отказ посетить его со стороны президента Азербайджана Ильхама Алиева — даже несмотря на уговоры Дональда Туска. Неприбытие в Ригу президента Грузии Георгия Маргвелашвили также стало неприятным сюрпризом…

Кстати, даже в Брюсселе есть политики, которые выступают с острой критикой «Восточного партнёрства». Помимо евродепутата Татьяны Жданок (кстати, на второй день саммита под её руководством в Риге прошел митинг протеста против этого мероприятия), негативную оценку высказал другой европарламентарий от Латвии, Андрей Мамыкин. По мнению Мамыкина, в «Восточном партнёрстве», образно выражаясь, заламывают руки политикам шести входящих в него стран и вынуждают их выступать против России. «Речь идёт о резкой антитезе „либо вы с Европой, либо вы с Россией“. Мне кажется, что программа „Восточного партнёрства“ не должна и не может проходить в таком ключе. Во-вторых, глобально смотря на вещи, противопоставлять Россию Евросоюзу — это большая глупость. Европа невозможна без России, и Россия частью лежит на европейском континенте», — подчеркнул Мамыкин. Итог встрече в Риге подвели в Госдепе США, официальный представитель которого Мари Харф объявила столь скудные результаты мероприятия «российским давлением и дезинформацией».

В конце ноября состоится очередной саммит «Восточного партнёрства» — уже в Брюсселе. В его ходе, несомненно, Варшава будет продолжать пытаться проводить в жизнь свои внешнеполитические концепции. Но тут есть один важный нюанс — у поляков, с их точки зрения, есть мощный соперник не только за пределами, но и внутри ЕС. Политический аналитик, заместитель главного редактора портала RuBaltic.ru Андрей Стариков сказал EADaily: «Очередная реанимация геополитического проекта „Междуморье“ — лишь доказательство того, что генеральная стратегия Запада в отношении России стара, как мир. Названия могут меняться, но суть остается неизменной — это всё то же старое доброе „сдерживание“. Как и во времена маршала Пилсудского вновь взятая на вооружение консервативной партией „Право и Справедливость“ концепция „Междуморья“ должна не допустить сближения России и Германии. Механизм банален: создание вдоль российских западных границ „непроходимого вахтёра“ — пояса недружественных России государств от Балтийского до Черного и Адриатического морей, которые бы всячески противились движению России и Европы друг другу на встречу. Второе дыхание „Междуморья“ обусловлено долгосрочными интересами Соединенных Штатов. Желая сохранить за собою статус единственного глобального центра силы, США пытаются купировать саму возможность появления серьёзных региональных игроков, пытаются ослабить конкурентов. Так, в начале 2015 года стратегию сдерживания России ещё раз актуализировал основатель и глава частного разведывательно-аналитического агентства Stratfor Дж. Фридман».

По словам Андрея Старикова, спрос рождает предложение: дефицита возможных подрядчиков на эту работу нет. «Тут и Польша, и прибалтийские страны. Однако в отличие от последних у Польши имеется доктрина организации геополитического пространства на востоке Европы — та самая пресловутая идея „Междуморья“, а также подкрепленные ресурсами амбиции стать региональным лидером. Продавая себя США в качестве проводника американских геополитических интересов в Восточной Европе, польские правящие надеются создать собственную зону влияния с разной степенью подчинения Варшаве стран — элементов проекта „Междуморье“. И определённые успехи на этом направлении есть. Польские политики сыграли далеко не последнюю роль в „европейском повороте“ Украины и теперь, пусть и не без проблем, активно вовлекают „страну победившего майдана“ в собственные региональные проекты, направленные на повышение статуса Польши внутри ЕС и НАТО».

Сила «мягкая» и сила «твёрдая»

Свидетельством претензий Польши на «имперский» статус является и её активная работа с диаспорами. Вряд ли найдется за пределами этого государства много носителей польской крови, которые хотя бы теоретически не знали, как получить «карту поляка». Имея чудодейственную карту, можно заниматься в Польше предпринимательской деятельностью или устраиваться на работу без специального разрешения, необходимого для иностранцев. Можно пользоваться бесплатным медицинским обслуживанием. Есть возможность бесплатно получать образование. Впрочем, это лишь основные преимущества. Но есть и разнообразные «приятные мелочи», также доступные владельцу карты. Так, с нею при въезде в Польшу не нужно предъявлять на границе денежные средства (что необходимо для иностранцев), можно бесплатно посещать государственные музеи, иметь 37%-ную скидку на железнодорожные билеты, не платить денег за визу на долгосрочное пребывание в Польше.

Если в тебе есть даже относительно немного польской крови, то получить эту замечательную карту не так уж и сложно. Надо быть гражданином любой из республик экс-СССР, знать польский хотя бы на базовом уровне, как-то поддерживать национальные обычаи. Ну и следует доказать, что хоть один из родителей, бабушка или дедушка, прабабушка или прадедушка были поляками или имели польское гражданство. В крайнем случае, можно представить справку от какой-либо польской официальной организации, подтверждающую активное участие в деятельности на пользу польского языка и культуры. Если эти условия соблюдены, то «карту поляка» можно получить у ближайшего к месту жительства консула — предварительно подав письменное заявление и ряд документов. Карта действительна в течение десяти лет со дня выдачи. Её действие прекращается, если обладатель окончательно поселится на территории Польши и получит польское гражданство.

Такая стратегия не случайна — Варшава пытается крепко привязать к себе диаспоры, сделав их своими надёжными инструментами. Так посол Польши в Латвии Ежи Марек Новаковский в свое время откровенно говорил: «Политика нашего государства в отношении диаспоры, проживающей в других странах, выражается в поддержке развития и сохранения культуры, языка, связей с исторической родиной. Но в то же время, и это принципиально, мы выступаем за сотрудничество диаспоры со страной проживания. Чтобы поляки чувствовали себя причастными к тем процессам, которыми живет страна — а государство, в свою очередь, имело в лице польской диаспоры активную и дружественную общественную силу. Диаспора должна быть как бы мостом между Польшей и страной проживания…».

Работа с диаспорами — это проявление так называемой «мягкой силы». Но поляки пытаются задействовать для привязки к себе соседних государств и «твёрдую силу» — не в прямом, разумеется, смысле. Всё последнее время Варшава активно работала над созданием совместной польско-литовско-украинской военной бригады для участия «в миротворческих операциях и во имя укрепления сотрудничества в регионе». Впервые эта идея возникла еще в 2007 году, а 17 ноября 2009 года три страны достигли конкретного соглашения на сей счет. Тогда предполагалось, что подразделение объединит 4500 военнослужащих, по 1,5 тысячи от каждой страны. Кстати, на тот момент инициаторы не исключали, что в состав бригады могут влиться также и солдаты Белоруссии с Грузией. Впрочем, данный прожект дошел до стадии реального воплощения лишь в последнее время.

Подразделение, получившее «составное» наименование LITPOLUKRBRIG («Литполукрбриг»), обещают использовать под эгидой ООН и ЕС, а входящие в него части остаются в местах своей постоянной дислокации в Литве, Польше и Украине, переходя в подчинение командованию бригады на время учений и выполнения миссий. Штаб-квартира бригады располагается в Люблине: там находится польская часть командования, состоящая из полусотни военнослужащих — они взаимодействуют с несколькими десятками офицеров из Украины и Литвы. Полной готовности бригада (от Польши в ее состав вошло около двух тысяч военнослужащих, от Украины — 545, от Литвы — 350) уже достигла. В ней числятся десантники, группы обеспечения и ремонта, артиллерия, инженеры и саперы, взводы радиационной, химической и биозащиты, а также другие части. К началу нынешнего года штаб бригады подготовился к оценочным и аттестационным учениям Common Challenge («Общий вызов»), активные тренировки продолжаются. Польша продолжает выстраивать свою гегемонию.

Вячеслав Самойлов

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

293

Похожие новости
20 ноября 2017, 11:15
20 ноября 2017, 09:45
19 ноября 2017, 17:45
20 ноября 2017, 07:45
19 ноября 2017, 15:45
19 ноября 2017, 19:45

Выбор дня
20 ноября 2017, 13:15
20 ноября 2017, 03:30
20 ноября 2017, 11:45
20 ноября 2017, 05:30
20 ноября 2017, 03:15

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
17 ноября 2017, 07:15
20 ноября 2017, 01:15
14 ноября 2017, 21:15
16 ноября 2017, 20:30
18 ноября 2017, 13:15
13 ноября 2017, 19:15
15 ноября 2017, 13:15

Интересное на сайте
02 ноября 2011, 15:09
03 ноября 2011, 13:06
21 марта 2013, 11:02
14 декабря 2010, 14:20
18 марта 2012, 12:19
21 сентября 2012, 10:07
23 июля 2013, 12:40