Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Таиланд: картонная демократия

2018 год знаменателен для Таиланда двумя важными событиями: официальной коронацией нового короля Махи Вачиралонгкорна, Рамы X, и парламентскими выборами. Дата коронации пока неизвестна, но она обязательно состоится. Что касается выборов, то они пройдут в ноябре, если не будут… перенесены на 2019 год.

Солдатские замашки

Когда командующий Королевской армией Таиланда генерал Прают Чан-Оча совершил в мае 2014 года переворот и взял власть в королевстве в свои руки, он вместе с коллегами энергично обвинял политиков во всех бедах королевства, а себя с помощниками позиционировал как врачей, которым предстоит нелегкая задача — вылечить страну от многочисленных недугов. «Лечение» длится уже почти четыре года, однако почти все «болезни» остались. Военные «лекари» не смогли, по крайней мере, пока помочь соотечественникам преодолеть многочисленные проблемы.

Между тем, времени у них остается все меньше. По крайней мере, если верить их неоднократным обещаниям уступить власть гражданскому правительству. Тайцы все чаще требуют провести долгожданные парламентские выборы. Военные не возражают, хотя точной даты не называют. Между тем, в январе 2018 года премьер Прают сделал заявление, которое, по мнению многих политологов, подтверждает опасения сторонников гражданского управления королевством. Сторонники демократии боятся, что он планирует оставаться у власти еще долго после выборов независимо от того, когда они пройдут и как закончатся.

«Поймите, я больше не солдат! — безапелляционно заявил журналистам 63-летний экс-командующий вооруженными силами королевства, ставший премьер-министром, и тут же добавил: — Но у меня по-прежнему остаются солдатские замашки!».

Таиланд сейчас является единственным на планете государством, которым управляют военные. Не удивительно, что как дома, так и за пределами королевства нарастает волна требований вернуть гражданское правительство. Тайские генералы, конечно, это прекрасно понимают. Смысл приведенных слов Праюта о солдатских замашках заключается в том, что он готов править Таиландом в любом виде.

Если Прают Чан-Оча решит остаться у власти (а оснований предполагать, что он откажется от премьерства, пока нет), то вряд ли кто-то сумеет ему помешать. После переворота 2014 года он держит в своих руках всю власть и в случае опасности может просто в очередной раз отложить выборы.

Inquirer.net на днях сообщил, что парламентские выборы, которые военные обещали провести в ноябре этого года, могут быть вновь перенесены, в этот раз на 2019 год. Каких либо подтверждений, так же, впрочем, как и опровержений от самого военного правительства — Национального совета для мира и порядка (NCPO) не последовало. О переносе выборов заговорили после того, как Комитет по законодательству решил, что закон о проведении парламентских выборов должен начать действовать через 90 дней после его принятия и обнародования. Но деятельность политических партий, в т. ч. по подготовке выборов, по недавнему распоряжению военных будет восстановлена не ранее второй половины года.

Критики военных считают, что задержка может объясняться желанием хунты создать перед выборами собственную партию. Но не исключено, что это попытка проверить реакцию тайского общества на очередную задержку выборов.

Впрочем, даже если Прают решится выполнить обещание и провести выборы в ноябре, то у него и его хунты уже наверняка имеется тщательно проработанный план сохранения контроля военных над политической жизнью королевства, обществом и даже экономикой. Официально экс-командующий пока не подтвердил свое участие в выборах. Однако через несколько дней после провозглашения себя гражданским политиком он заявил: «Я могу стать всем, кем вы хотите меня видеть. Абсолютно всем!».

Уже в этом году Прают Чан-Оча показал, что обладает чувством юмора. Отвечая на вопрос журналистов на одной из пресс-конференций, он попросил поставить перед микрофоном свое картонное изображение в полный рост. Премьер предложил задавать вопросы «этому парню» и ушел…

Смертный приговор демократии

Последнее десятилетие в истории Таиланда выдалось нелегким: сплошные политические потрясения, включая два переворота и многочисленные, нередко сопровождавшиеся кровавыми столкновениями демонстрации и акции протеста. Наблюдатели считают, что королевство «лихорадило», потому что вернувшиеся к власти консерваторы хотели побыстрее преодолеть последствия правления популистских премьеров Таксина Чиннавата (2001−6) и его сестры Йинглак (2011−14).

Чиннаваты, надо отдать им должное, произвели настоящую революцию в политической жизни королевства. Брат с сестрой внесли в нее сильные популистские мотивы для завоевания популярности и авторитета у бедных крестьян, составляющих большинство населения Таиланда. Многочисленные противники Чиннаватов, конечно, не сидели, сложа руки. Родственников неоднократно обвиняли в коррупции, а их правительства были свергнуты в результате военных переворотов. Сейчас они вынуждены жить за границей, потому что на родине их ждет скамья подсудимых. Естественно, Чиннаваты утверждают, что все обвинения носят политическую окраску, но возвращаться домой не торопятся.

Для того, чтобы помешать возращению к тому, что нынешние власти называют «потерянным десятилетием» общенародной опасности, хунта подготовила проект конституции, который фактически нейтрализует политические партии в пользу не избираемых институтов власти. На свой пост согласно новой конституции назначается даже премьер-министр. Естественно, военные намерены сами назначать многих из тех, кто затем будет назначать высокопоставленных чиновников, включая всю верхнюю палату парламента, где немало мест заранее зарезервировано для генералов и полковников.

Влиятельный вице-премьер Правит Вонсуван, еще один бывший генерал и один из ключевых членов правящей хунты, заявил в начале этого года, что, по его мнению, Прают должен возглавить следующее правительство, но намекнул, что это должно произойти посредством выборов. «Таким должен быть выбор народа», — подчеркнул заместитель главы правительства, явно собирающийся сохранить свой пост и после выборов независимо от того, когда они произойдут.

Но даже если к власти придут традиционные политики, им придется следовать разработанной хунтой национальной стратегии, которая рассчитана на следующие 20 лет и которая, уверены критики, оставит неизгладимый военный след на всем спектре общественной политики в будущем. Многие жители королевства, где запрещены протесты и политические собрания, считают все это смертным приговором демократии.

«Наше демократическое будущее ждет бесславный конец, — заявил недавно на международной конференции политолог из университета Чиангмай Наруемон Табчумпон. — Демократическое пространство закрыто, сейчас закрывается и общественное пространство. Не знаю, найдем ли мы хоть какую-то надежду в будущем. Но мы должны хотя бы понимать путь, по которому идем. Мы не можем просто шепотом ругать власть у себя на кухнях и задних дворах».

Военные, конечно, многое видят совершенно иначе, чем люди без погонов. Они утверждают, что вмешались для того, чтобы спасти страну от гражданской войны, когда глубокие разломы в тайском обществе вырвались наружу в виде вспышек насилия. Они также хотят спасти тайцев и от коррумпированных политиков.

«Выступление военных было последней возможностью сохранить ситуацию под контролем, — объяснил в одном из интервью генерал-лейтенант Вирачон Суконтапатипак, заместитель пресс-секретаря NCPO. — Мои слова могут показаться нелогичными, но мы осуществили переворот для восстановления демократии. В Таиланде многое кажется нелогичным. Надеемся, вмешательство военных в этот раз будет последним».

Военные прибегают к подобным аргументам, конечно же, не первый раз. Генералы всегда хотят восстановить демократию, которую они однако видят по-своему, и предотвратить гражданскую войну. За без малого сто лет после отмены абсолютной монархии в 1932 году в Земле улыбок, как называют свою страну сами тайцы, произошло как минимум 12 военных переворотов. Военные (в форме и сменившие, как сейчас, мундиры на гражданские костюмы) правили королевством 58 из 86 «послеабсолютистских» лет несмотря на то, что последний раз иностранные войска, армия Бирманского королевства, вторгались в Таиланд четверть тысячелетия назад.

Военные находились у власти две трети последнего времени, но все критики сходятся сейчас во мнении, что такого сильного контроля генералов не было уже как минимум полвека.

«Таиланд на полной скорости несется к темному, диктаторскому прошлому», — уверен Боэд Адамс, директор отделения Азии в общественной организации Human Rights Watch. Он подчеркивает, что Таиланд перешел от «демократического правления с упором на права человека к диктаторскому военному правлению, которое систематически преследует и бросает в тюрьмы противников и несогласных».

Особое внимание военные уделяют тем, кто оскорбляет короля и его родственников, т. е. нарушает 112 статью Уголовного кодекса, за что можно угодить за решетку на срок от 3 до 15 лет. Конечно, lese majeste придумали не военные, но после переворота дела об оскорблении короля, причем оскорблением может считаться даже сомнение в той или иной битве, слушаются не в гражданских, а в военных судах. После 2014 года по обвинению в оскорблении Его величества были задержаны почти 120 человек, включая 14-летнего мальчика и известного адвоката, специализирующегося на делах по нарушениям прав личности. Адвокату, кстати, грозит 171 год тюрьмы за критичные высказывания в адрес монархии в Facebook.

Тупик в никуда

Как нередко бывает в сильно поляризованных обществах, администрация Праюта Чан-Очи популярна у определенных слоев населения. Ее главной заслугой многие считают прекращение хаоса и конфронтации, царивших в Таиланде весной 2014 года.

Немало столичных жителей жалуются, что им продолжают сниться кошмары о тех днях, когда кровь лилась прямо у дверей их домов. Они по-прежнему видят во снах сгоревшие машины, почерневшие от копоти здания и магазины, рестораны и кафе с наглухо заколоченными окнами и дверями.

Авторитет военных у простого населения на первых порах подняло и обещание искоренить коррупцию. Увы, все новые и новые коррупционные скандалы, в которых замешаны и генералы, сильно укрепили скептическое отношение общества к власти. В последнее время больше всего упреков вызвала страсть нынешнего вице-премьера к дорогим часам и кольцам с огромными драгоценными камнями.

В прошлом тайцы неоднократно выходили на улицы требовать возвращения военных в казармы. Достаточно вспомнить кровавые протесты в 1970-е и в начале 1990-х годов. Сейчас протестов значительно меньше. С одной стороны, нынешнее правительство действует жестко; а с другой, тайцы, похоже, за четыре поколения в какой-то мере уже привыкли к людям с погонами на высоких гражданских постах. Военные — тоже люди, и они точно также привыкают к переворотам и считают их нормальной жизнью.

«Существует политическая культура потворства и прочного наследия авторитаризма», — объясняет вялость тайцев Пол Чэймберс, политолог из тайского университета Наресуан.

Протестов сейчас намного меньше, чем в прошлые годы, но они все же бывают. Например, в субботу, 19 января, сотни полицейских заблокировали дорогу участникам марша протеста против хунты, которые намеревались пройти от Бангкока до северо-восточного города Кхонкэн.

В отличие от коллег в таких странах, как, скажем, Пакистан и Египет, где военные тоже часто захватывают власть, тайская армия считает себя защитницей не только суверенитета страны и демократии, но и монархии. Она, к слову, и была создана в 90-е гг. XIX века именно как защитница монархии. Это отличие означает, что отношения между тайскими военными и гражданским обществом во многом носят патерналистский характер, а сами военные считают себя солдатами короля и уверены, что стоят выше гражданских законов.

Исторически бангкокская элита, военные, монархия и чиновничество не возражали против демократии, но речь шла о своеобразной демократии, такой, какая не угрожает их интересам, считает Чэймберс. Поэтому он и называет демократию в Таиланде «дефективной».

В будущем Таиланд ждет немало неопределенностей. Среди них отношения между военными и королем Махой. С одной стороны, он не пользуется авторитетом отца, правившего 70 лет, с другой, еще до коронации монарх уже пытается укрепить королевскую власть. Достаточно вспомнить внесенные по его требованию в последнюю минуту изменения в проект новой конституции, расширявшие прерогативы монарха.

Еще одна неопределенность — помогут ли парламентские выборы решить глубокие социальные и экономические противоречия, с которыми хунта не захотела или, что более вероятно, не смогла справиться. По неравенству в обществе Таиланд занимает одно из последних мест в мире. Противоречия между богатыми и бедными сейчас несколько ушли в тень, но исключительно в страхе перед военными. Во многих бедных провинциях с преобладанием сельского населения, которые являются базой поддержки семьи Чиннаватов, продолжает тлеть гнев. Многие там продолжают хотя и тайком ругать военных и бангкокскую элиту.

Некоторые политологи считают, что хотя правление военных и консерваторов кажется прочным, долгое правление военных в глобализированном Таиланде едва ли возможно, потому что распространение информации через соцсети очень сильно меняет людей и общество.

В обозримом будущем, считает авторитетный тайский политолог Титинан Понгсудхирак, лучшим выходом для королевства будет разделение власти между гражданскими и военными. Им вместе придется реформировать традиционные институты власти и укреплять хрупкую демократию.

«Манипуляции с конституцией и сохранение власти любой ценой, вероятно, приведет к столкновению с политическими партиями и гражданским обществом», — недавно написал он.

Отсутствие компромисса заведет Таиланд, уверен Понгсудхирак, «в тупик, а оттуда дорога только на очередной круг, ведущий никуда».

С туризмом все в порядке, а вот со всем остальным проблемы

Возможно, в Бангкоке еще окончательно не решили, пройдут ли в ноябре выборы, но на всякий случай решили подготовиться. Успехами в решении проблем с экономикой хунта похвастаться не может. Однако есть и другие методы воздействия на избирателей. Так, в середине января Министерство труда Таиланда объявило о повышении с 1 апреля этого года минимального размера оплаты труда в четыре раза: с 5 (16 центов США) до 22 бат в день. Последний раз МРОТ в Таиланде повышали пять лет назад.

Экономическая политика военных, так называемая программа «Таиланд 4.0», ставит главной целью модернизацию тайской экономики и направлена в числе прочено на улучшение бизнес-климата в королевстве. Это одна из немногих сфер, где Бангкоку удалось достичь определенных результатов. В новом рейтинге Всемирного банка по условиям для занятия бизнесом Таиланд вошел в первую десятку. Так что, перспективы у второй экономики Юго-Восточной Азии неплохие.

Еще один «луч света» — туристический сектор, дающий 12% ВВП (1,8 трлн бат). Туризм в королевстве несмотря, а может даже и благодаря военным, которым удалось стабилизировать положение, развивается вполне успешно. В прошлом году в Таиланде побывало 35,38 млн человек, т. е. выросло на 9%. Прогноз на этот год — рост еще на 6%. Ожидается, что в 2018 году 37,55 млн иностранных туристов потратят в королевстве 2,1 трлн бат. Причем, следует помнить, что туристы едут в Таиланд при сильном бате. Так высоко к доллару — 0,031 доллара за 1 бат он не котировался уже 3,5 года.

Менее радужный прогноз по одному из главных сельскохозяйственных продуктов. По прогнозам Министерства торговли Таиланда, риса в этом году будет продано за границу 9,5 млн тонн. Это должно принести казне примерно $ 4,7 млрд. Прогноз значительно хуже прошлогодней статистики. В 2017 году экспорт риса составил 11,48 млн тонн, а доходы — $ 5,1 млрд. Объясняется падение экспорта риса неблагоприятными погодными условиями и политикой Таиланда, направленной на сокращение производства риса, чтобы избежать затоваривания мировых рынков и снижения цен.

Бамбук на ветру

Что касается внешней политики, то Бангкок пытается лавировать, причем, получается это у него довольно неплохо, между Китаем и Японией. В Таиланде возлагают на эту политику большие надежды и сравнивают гибкую тайскую дипломатию с бамбуком на ветру.

Китай и Япония борются за доминирование в ЮВА, а Таиланд является ключом к региону. Борьба, конечно, идет на экономическом фронте и наиболее ярко проявляется в инвестициях в очень крупные инфраструктурные проекты и в первую очередь в строительство высокоскоростных железных дорог.

В конце прошлого года начался первый этап строительства первой в королевстве высокоскоростной железной дороги протяженностью 253 км между Бангкоком и крупнейшей провинцией Накхонратчасима на северо-востоке страны. По словам китайского премьера Ли Кэцяна, это флагманский проект «Одного пояса, одного пути» на территории Таиланда.

После окончания строительства в конце 2022 — начале 2023 года эту ветку предстоит связать с городом Нонг Кхай, находящимся на границе с Лаосом. В этом место тайский участок соединится с китайско-лаосским и, таким образом, свяжет Китай с Таиландом.

В Японии к новости о начале строительства железной дороги отнеслись с тревогой. Токио предлагает более крупный проект — 670-километровую высокоскоростную линию железной дороги от Бангкока до Чианг Мая. Сейчас возникли определенные финансовые и технические проблемы, но в столице подтвердили, что все препятствия будут устранены и строительство начнется в этом году. Первый этап, смета которого оценивается в $ 8,5 млрд, свяжет Бангкок с северным городом Пхитсанулоком, расположенным от нее в 377 км. Второй этап продлит железную дорогу от Пхитсанулока до Чианг Мая. Уже даже объявлено, что стоимость поездки в один конец по всему маршруту составит около $ 40.

Что касается российско-тайских отношений, то они традиционно много лет носят дружественный характер. Год назад, кстати, Москва и Бангкок отметили 120-летие установления дипломатических отношений.

Таиланд является одним из самых любимых мест отдыха туристов из России. В 2016 году количество российских туристов перевалило за миллион. Конечно, развиваются и экономические отношения. Они, кстати, значительно окрепли и расширились в последние три года. Как говорится: не было бы счастья, да несчастье помогло. После 2014 года в отношении Таиланда так же, как и России ввели санкции США и Евросоюз. Вот и пришлось Москве и Бангкоку, объединенным общим «несчастьем», углублять и расширять сотрудничество. В 2016 году, например, они подписали договор о военном сотрудничестве, а в сентябре прошлого года — межправительственное соглашение о военно-техническом сотрудничестве.

Товарооборот между Таиландом и Россией в январе-мае 2017 г. достиг 1,15 млрд долларов, что на 79,5% больше этого показателя за первые пять месяцев 2016 г. Экспорт российских товаров в Таиланд составил 824 млн долларов, а тайских — в Россию — 323.

Сергей Мануков

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

440

Похожие новости
21 августа 2018, 06:00
21 августа 2018, 10:00
21 августа 2018, 08:00
21 августа 2018, 16:00
21 августа 2018, 02:00
21 августа 2018, 16:00

Выбор дня
21 августа 2018, 13:00
21 августа 2018, 02:00
21 августа 2018, 06:00
21 августа 2018, 00:45
21 августа 2018, 14:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
21 августа 2018, 05:30
15 августа 2018, 09:31
15 августа 2018, 01:45
18 августа 2018, 15:31
18 августа 2018, 15:31
19 августа 2018, 13:45
20 августа 2018, 11:31

Интересное на сайте
28 апреля 2011, 16:31
15 февраля 2013, 14:25
18 марта 2012, 12:19
08 февраля 2010, 12:06
15 марта 2012, 15:34
22 августа 2012, 10:54
14 ноября 2012, 15:27