Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Сначала "Трамп наш", теперь "Ле Пен наша"? А что в России имеют в виду, говоря о "наших"?

Франция готовится выбирать президента – 23 апреля 2017 г. стартует первый тур голосования. О том, что будет и второй тур, можно говорить уже сейчас – основной интригой становится именно он. Ключевыми фигурами гонки являются четыре кандидата: во-первых, Марин Ле Пен – лидер партии "Национальный фронт", дочь политика-националиста Жан-Мари Ле Пена. В некоторой степени это "французский Трамп", только в женском обличии.

Ее антиподом и главным конкурентом на выборах считается Эммануэль Макрон – как он себя называет "ни правый, ни левый" кандидат, лидер движения "Вперед!", бывший министр экономики, промышленности и цифровых дел Франции. Придерживается идей рынка, еврофильства и в целом европейского федерализма.

Марин Ле Пен и Эммануэль Макрон

Франсуа Фийон выступает от республиканцев, сторонник консервативных взглядов в социальной сфере, но либеральных реформ – в экономике. В прошлом был премьер-министром при президенте Франции Николя Саркози, два раза подавал отставку, оба раза Саркози ее принимал и на следующий день поручал сформировать новое правительство, снова ставя Фийона на место премьер-министра. Таким образом, он собрал три состава правительства. Последний раз подал в отставку при победе Франсуа Олланда на выборах президента 2012 г.

Наконец, четвертый кандидат – Жан-Люк Меланшон. Сейчас он – депутат Европейского парламента, в прошлом – министр профессионального образования Франции, состоял в Социалистической партии Франции, но в 2008 г. покинул ее, создав "Левую партию". По утверждению французского издания "Фигаро", ориентирами для президентской программы Меланшона стали идеи ряда политиков, среди них бывший президент Венесуэлы Уго Чавес. Этот кандидат выступает за обложение дополнительными налогами сверхдоходов, перераспределение богатств, снижение пенсионного возраста до 60 лет, выход Франции из Евросоюза и НАТО.

Франсуа Фийон и Жан-Люк Меланшон

По мнению политологов, во второй тур проходят все-таки Ле Пен и Макрон, но есть возможности и у Меланшона, и у Фийона. Тем более, например, Меланшон после прошедших телевизионных дебатов неожиданно вырвался вперед среди опрошенных – 25% зрителей определили его речь наиболее убедительной, а Ле Пен и Макрон немного "сдали позиции".

А пока кандидаты борются за своих избирателей, в России все больше рассуждают о "нашей" Ле Пен. И, вроде бы, вот недавно для многих российских политиков Трамп был "нашим", а сегодня – кто он? О политической повестке во Франции и ее кандидатах в беседе с Накануне.RU рассказал левый писатель и публицист Исраэль Шамир.

Вопрос: Скоро начнется первый тур президентских выборов во Франции, эксперты выделяют четырех основных кандидатов, но кто станет лидером – пока неясно. Как Вы оцениваете ситуацию – кто фаворит в гонке?

Исраэль Шамир: Если бы мне задали этот вопрос месяц назад, я бы ответил, не сомневаясь, что Марин Ле Пен – фаворит. Но сегодня ситуация изменилась, и, конечно, сейчас непросто говорить даже наверняка, как может повернуться ситуация. Складывается впечатление, что истеблишмент, против которого боролась Марин и другие подобные партии в Европе и Америке, научился справляться с этой опасностью для себя.

Сегодня, конечно, шансы у нее не так велики, как, казалось, были месяц назад. Тем не менее, ей и ее сторонникам рано отчаиваться, результаты еще неочевидны.

Вопрос: А какова ситуация внутри Франции, в обществе, в медиа-пространстве?

Исраэль Шамир: Получилось так, что вся французская пресса целиком бросилась на поддержку Макрона, хотя, вроде бы, что в нем хорошего, кроме смазливого личика? Ведь это человек, который говорит, что он "ни правый, ни левый", но он в принципе всю жизнь работал в банках, служил в правительстве, был министром. Как министр он проводил антинародные законы, которые люди ненавидели.

На самом деле, это личность очень темная, малосимпатичная, но все газеты, французские медиа – за него. Другой кандидат – Фийон – тоже казался одно время фаворитом и действительно шел хорошо, но на него навалились органы правосудия, которые нашли за ним какие-то проколы, изъяны, правонарушения. Возможно, они действительно были, но их же, опять-таки, приберегли к избирательной кампании и тут реализовали. Теперь и у него шансы на победу неочевидны.

Есть кандидат левых коммунистов, Меланшон, но как-то не было уверенности, что он может очень уж хорошо выступить, особенно учитывая то, что часть социалистов выступает против него. То есть за ним из коммунистов мало кто пойдет. И в этой ситуации, когда, казалось бы, у Марин Ле Пен есть очень сильные карты, сейчас, на финишной прямой, оказывается, что карты у нее не такие уж хорошие.

Вопрос: То есть истеблишмент пустил в ход "тяжелую артиллерию" – СМИ? Как они научились справляться с опасностью?

Исраэль Шамир: Элиты тоже научились говорить против мигрантов. То есть одной рукой продолжают гнать эмиграцию, а другой – выступают против нее. Такой прием стали всюду использовать

Начали это делать и в Нидерландах – когда устроили скандал с турками, в последний момент перед выборами выслали турецкого министра, и некоторые думают, что это хорошее правительство, оно гонит турок, оно против мусульман и против эмигрантов. А то что, это то же самое правительство, которое всех привезло и которое, по сути, заварило эту кашу, – на это у людей уже обычно не хватает ума.

И, конечно, все это происходит в свете последних инициатив Трампа в Америке, который вдруг политически полностью развернулся. Истеблишмент европейских стран "поймал волну" и говорит то, что от него хотят услышать. Даже в Швеции власть была все время единым целым и выступала совершенно без сомнений за прием беженцев, за большую миграцию, чуть ли не за смену населения Швеции. А сейчас, после теракта в Стокгольме, сразу же правящая партия сыграла на этом – "все, мы сейчас начнем высылать, всех сразу вышлем". Это такие хитрые приемы, работа политтехнологов.

Вопрос: Но фавориты – все-таки Ле Пен и Макрон, у Меланшона мало шансов?

Исраэль Шамир: Трудно поверить, что Меланшон выйдет во второй тур. По-моему, да, у него мало шансов. Но, с другой стороны, конечно, все может быть. Посмотрим, что произойдет в первом туре.

Вопрос: Сейчас в России все чаще говорят, что "Ле Пен наша", Ле Пен – фаворит. Но так же совсем недавно говорили и про Трампа. Насколько она "наша" и не случится ли с ней такая же история, как с американским президентом?

Исраэль Шамир: Трамп оказался в сложном положении. Вариантов у него было два: или он выступает против России или идет в тюрьму. По крайней мере, это [американские элиты] так себе представляли, и, возможно, он тоже сам так это увидел. Конечно, желания пойти в тюрьму у него не было. У истеблишмента все-таки есть огромная сила. Есть и ЦРУ, и пресса, и огромная сила в Конгрессе, и где угодно. Сходу все эти вещи Трампу свалить не удалось.

Но я думаю, что еще рано списывать его со счетов, хотя он действительно совершил политический разворот. В общем, это мрачный момент для России, но слово Трампа – это еще не конец пути. Он в принципе только начал свое президентство. А что будет с Марин Ле Пен, что она сумеет сделать – сумеет ли она вывести Францию из общего рынка и из НАТО – вот это большой вопрос. Сперва ей надо победить, а потом уже будет понятно.

Вопрос: Ну, а насколько она "наша"? Почему Ле Пен, а не, например, левый Меланшон?

Исраэль Шамир: А когда мы говорим "наша", что мы имеем в виду? Что Россия хочет или могла бы хотеть от Марин Ле Пен или от любого другого кандидата? Россия хочет одного – чтобы больше не было единого фронта против нее. Все просто. В принципе, нет каких-то больших запросов – будут во Франции мигранты или их там не будет – России это, в общем, не важно. Для России важно, чтобы не было единого антироссийского фронта. А в этом смысле, видимо, Марин Ле Пен сможет это сделать.

Вопрос: Если подвести черту, то все-таки кто из кандидатов наиболее благоприятен для России и в политическом плане, и в плане не единого антироссийского фронта, и в плане договороспособности?

Исраэль Шамир: На первый взгляд, все-таки Марин Ле Пен предпочтительнее. Потому что она декларирует "Фрексит", выход из Европейского союза. Но и Фийон не так уж плох. Он человек твердых взглядов, то есть в некотором смысле у него наблюдается перекличка с нынешней Россией. И он тоже, вроде бы, выступает не против России. Тут и Меланшон тоже может быть неплохим кандидатом.

Проще сказать, кто будет наиболее плохим для России кандидатом – хуже всех, конечно, Макрон. Но, к сожалению, Макрон, вроде бы, фаворит гонки, по крайней мере, по напору СМИ.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

160

Похожие новости
22 апреля 2017, 23:15
24 апреля 2017, 15:45
22 апреля 2017, 19:15
22 апреля 2017, 21:15
24 апреля 2017, 13:45
22 апреля 2017, 19:15

Выбор дня
25 апреля 2017, 08:15
25 апреля 2017, 08:15
25 апреля 2017, 08:30
25 апреля 2017, 06:15
25 апреля 2017, 02:15

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
20 апреля 2017, 11:45
19 апреля 2017, 02:15
22 апреля 2017, 21:15
21 апреля 2017, 21:15
18 апреля 2017, 11:30
18 апреля 2017, 14:30
21 апреля 2017, 12:30

Интересное на сайте
28 апреля 2011, 16:31
10 августа 2012, 16:11
09 ноября 2012, 10:50
31 января 2013, 11:27
27 мая 2013, 12:16
20 декабря 2010, 13:40
08 мая 2011, 16:24