Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Школьное образование в России становится все менее доступным

С 2000 г. каждый день в России закрываются 4 школы, из них 3 – на селе. Общее их количество уменьшилось в 1,6 раза, а 80% ликвидированных школ были сельскими. В результате средний радиус доступности сельской школы увеличился с 12,6 км в 1990 г. до 17,3 км в 2014 г. Это привело к снижению доступности образования в селе и возникновению нового тревожного явления – миграции школьников из села в город, что поставило российское село перед угрозой ускоренной депопуляции. Подробнее – в материале Накануне.RU.

В последние годы число школьников в России растет благодаря росту рождаемости, продолжавшемуся вплоть до 2015 г., но вот число школ неуклонно сокращается. А как обстояли дела ранее?

Динамика численности школ и школьников в ХХ веке

По данным Росстата, в 1914 г. в Российской империи было 77 тыс. школ, подведомственных министерству народного просвещения, в которых обучались почти 6 млн учеников. (Еще около 40 тыс. были в ведомстве Священного Синода, но для корректности сравнения их не следует учитывать.) То есть на тысячу учеников приходилось более 13 школ. В то время около 85% населения проживали в деревнях, что, с учетом российских расстояний, ставило сложную задачу доступности школ. В законе "О введении всеобщего начального обучения в Российской империи" от 3 мая 1908 г. ставилась задача обеспечения доступности школ для всех детей с радиусом 3 версты, т.е. чуть более 3 км.

До 1917 г. в стране были построены "школьные сети", до сих пор составляющие основу образовательной системы России и других стран, возникших на территории Российской империи. Большинство школ, правда, были только начальными, но динамика ввода новых школ была впечатляющая: в 1904-1914 гг. число школ увеличилось в два раза – с 40 до почти 80 тыс.

При советской власти охват населения школами продолжился. В 1932 г. их было уже 109 тыс., а обучались в них более 13 млн учеников. Справедливости ради следует отметить, что это число школ относится к РСФСР, т.е. увеличилось намного больше, чем с 77 тыс. Однако на тысячу учеников приходилось уже 8 школ. Снижение в сравнении с дореволюционной пропорцией связано скорее с тем, что на существующие школы легло бремя почти стопроцентного охвата всех детей соответствующего возраста, чего до 1917 г. не было.

Увеличение количества школ, хотя и гораздо меньшими темпами, продолжалось до начала 1950-х, превысив 120 тыс. На тысячу учеников к этому времени приходилось 6 школ. Такое "укрупнение" объясняется быстрой урбанизацией, ведь доля городского населения за 30 лет выросла в три раза – с 15 до 45%.

С конца 1950-х количество школ стало быстро сокращаться. При продолжающейся урбанизации, хотя и меньшими темпами, к 1980 г. осталось всего 69 тыс. школ – сокращение на 70% за 20 лет. Таким образом, урбанизация в России запустила процесс сокращения численности школ еще 60 лет назад.

К началу 1980-х урбанизация почти остановилась. И с этого же момента число школ в стране не изменялось почти 20 лет. Однако с начала 2000-х школы начинают закрывать непропорционально быстро по отношению к численности школьников. С 2000 г. число школ уменьшилось с 67 до 41 тыс. (в два раза меньше, чем было до 1917 г.), притом что численность школьников уменьшилась не так сильно – с 20 до 15,5 млн. Более того, с 2010 г. численность школьников начала расти, но процесс ликвидации школ продолжается быстрыми темпами. Так, за 7 последних лет школьников стало на 17% больше, а школ – на 20% меньше! Почему так происходит?

Каждый день закрываются 4 школы

Школы стали "оптимизировать", т.е. закрывать под предлогом их "неэффективности". 30 апреля 2014 г. Правительство приняло постановление "Об изменениях в отраслях социальной сферы и повышении эффективности образовательных учреждений". По новым правилам, если региональные власти признают учебное заведение неэффективным, то его ликвидируют. Под угрозой оказались многие тысячи школ. Как сообщалось в начале прошлого года, до конца 2018 г. в российских селах в связи с этим могут закрыть более 3,5 тыс. школ и детских садов. Хотя согласно федеральному закону "Об образовании в РФ", ликвидация так называемой малокомплектной школы допускается только с согласия схода жителей села. Но это на бумаге.

Как отметил первый зампредседателя комитета Госдумы по образованию и науке Олег Смолин, в 2006 г. была внедрена система подушевого финансирования, при которой маленькая школа выжить просто не может. В 1930-х в стране было открыто 25 тыс. преимущественно сельских школ. Сейчас 24 тыс. из этого числа уже закрыты, подчеркнул он.

Во время "Прямой линии" в 2017 г. президент России Владимир Путин заявил о недопустимости бездумного закрытия школ в селах.

"Мы должны учитывать особенности нашей страны. А особенности заключаются в том, что на ряде наших обширных территорий населенные пункты расположены друг от друга на достаточно большом расстоянии. При такой ситуации, совершенно точно, нам нужно сохранять даже избыточную, если кому-то так думается, социальную сеть. Где-то возможно объединить объекты, а где-то – нет. Об этом заранее нужно думать. Бездумные сокращения недопустимы. В плане социального развития села ничего подобного механически делать нельзя", – сказал Путин.

Однако что происходит на самом деле? С 2000 г. закрыто 26 тыс. школ, из них 20 тыс. – именно в селах. Если поделить это на число дней, то получается, что каждый день в стране закрываются 4 школы, из них 3 – на селе! Таким образом, уже 17 лет продолжается настоящий разгром образования с точки зрения его доступности.

Например, в 2015 г. в селе Петровичи Шумячского района Смоленской области в рамках "оптимизации" была закрыта школа, в которой учился всемирно известный писатель-фантаст Айзек Азимов.

"Главная причина "оптимизации" – отсутствие перспективы в развитии села", – сказал замглавы администрации муниципального образования Борис Коржаков.

А могут ли быть у села перспективы без школы?

Есть школа – есть жизнь, нет школы – нет жизни

"Школа – это центр села. Где есть школа, там есть жизнь", – заявила в прошлом году министр образования и науки Ольга Васильева.

К сожалению, реальность подтверждает эту истину в основном в отрицательном смысле: нет школы – нет жизни. В прошлом году депутат Госдумы Владимир Поздняков заявил о тяжелой ситуации в Приамурье.

"У меня имеются статистические данные за 2000-2015 гг. В связи с закрытием сельских школ численность населения в Амурской области сократилась за этот период на 130 тыс. человек (с 935 до 805 тыс., это общее сокращение населения по области, - прим.). Сокращается численность сельского населения, численность населения трудоспособного возраста. Сокращается число детей от 0 до 18 лет. Происходит это потому, что сокращается число общеобразовательных учебных заведений и обучающихся в них. Количество получивших аттестаты зрелости снизилось за 15 лет в 2 раза, количество учителей – в 3 раза. Происходит обезлюдение территорий Амурской области. Такое положение дел – по всей Сибири и Дальнему Востоку", – сказал он.

А вот свежий пример, касающийся села Новокалманка Усть-Калманского района Алтайского края. Особенностью региона является то, что значительная часть населения – более 1 млн из 2,35 млн – проживает в сельской местности, в связи с чем там много малокомплектных сельских школ. Школу в Новокалманке районные чиновники тоже решили закрыть, а детей возить в одну из соседних. К чему это приведет, местное население хорошо представляет.

В расположенной неподалеку деревне Пономарево недавно "укрупнили" местную школу, что привело к оттоку населения из деревни.

"Наша школа несколько лет назад стала филиалом Чарышской, расположенной в 16 км от нас. Родители были против, но переломить ситуацию не удалось: учеников слишком мало, около 20. Да еще и убалтывали на районном и краевом уровне: учителям добавят зарплату, повысится качество обучения. У нас и так дураков не было – и медалистов выпускали, и на олимпиадах наши всегда были первые. В Чарыше они растворились… Учителям зарплата если и добавилась, то – стыдно сказать – рубля на три. В этом году у нас школу снова понижают в статусе, оставляют только начальные классы. Теперь молодые семьи собрались уезжать из села: всем хочется, чтобы ребенок учился рядом", – с горечью признает глава Пономаревского сельсовета Анатолий Горохов.

Сельский глава Новокалманки Виктор Проскурнов говорит, что село не является "неперспективным", но власти могут его сделать таким.

"В 2017 г. в деревню переехали 8 человек, родилось 5 детей. В 2018 г. уже плюс 15 жителей, в том числе 8 детей. Люди здесь привыкли сами выживать. Им ничего не надо от государства, оставьте только школу, садик, фельдшерско-аккушерский пункт и почту. Со всем остальным мы сами справимся", – сказал он.

Эти истории можно было бы считать субъективным восприятием, если бы статистика не подтверждала бесспорный факт: ликвидация сельских школ ведет к миграции школьников из села в город, за которыми естественно тянутся и родители.

Школьники покидают села и устремляются в города

На приведенном ниже графике показана динамика численности школ, школьников и детей школьного возраста (7-17 лет) в селах с 1970 г. На нем видно, что доля сельских школ неуклонно снижается, но с середины 2000-х она стала снижаться быстрее. До этого же времени доля школьников и детей школьного возраста в селах практически совпадали. То есть все сельские дети учились в местных школах. Но с середины 2000-х эти кривые расходятся со все возрастающей скоростью. Принятый возраст 7-17 лет не имеет значения. Важно то, что берется отношение ко всем детям того же самого возраста. Так вот если в 2005 г. из всех сельских детей школьного возраста 99% учились в сельских же школах, то в прошлом году на селе учились уже только 85%.

Это говорит о том, что все меньше детей, прописанных на селе, на селе и учатся. То есть они еще прописаны на селе и учитываются как сельские дети, но учатся уже в городе, так как на селе им учиться негде. Это только усиливает общую миграцию из села в город ("всем хочется, чтобы ребенок учился рядом") и способствует обезлюдению российского села, о чем Накануне.RU писало, анализируя демографическую динамику и президентский указ 7 мая. В нем, напомним, почти ничего не говорится о развитии села, но постоянно – о создании "комфортной городской среды". Конечно, урбанизация – это глобальный процесс, который подстегивается идеологией комфорта, но для России с ее огромными расстояниями и очень небольшим населением дальнейшая урбанизация будет означать риск утраты территорий. А массовая ликвидация сельских школ под предлогом их нерентабельности этому только способствует. Рыночная логика, где даже школы оцениваются по критерию их эффективности, убийственна для России.

Печальные результаты "оптимизации"-ликвидации школ

О результатах "укрупнения" школ пишет в работе "Сельская школа. Есть ли перспективы?" доктор социологических наук, профессор кафедры теории и истории социологии РГГУ Марина Буланова.

"В настоящее время почти половина (48%) всех сельских поселений страны является мельчайшими, в которых проживает 3% сельского населения, что привело к массовой ликвидации небольших, но значимых для людей учреждений образования и здравоохранения. Концентрация образовательных учреждений в крупных сельских населенных пунктах, проводимая в целях экономии ресурсов, привела к снижению их территориальной доступности. Так, средний радиус доступности сельской школы увеличился с 12,6 км в 1990 г. до 17,3 км в 2014 г. За период с 1990 г. произошло смещение центра тяжести в образовании на города и крупные сельские населенные пункты, нарушив сложившуюся культуру малокомплектной сельской школы. Вместе с процессом сокращения общего числа сельских школ произошло уменьшение числа мелких сельских поселений. А это еще раз подтвердило общеизвестный факт, с которым не хотят считаться российские реформаторы сельской школы: "Нет школы - нет деревни". Есть основания считать, что происходящие в сфере образования изменения не столько следуют миграционной и демографической "логике", сколько логике проводимых реформ, имеющих неоднозначный характер и вызывающих не только их серьезную критику, но и неприятие, отторжение", – отмечает Буланова.

"Проводимые реформы усилили социальное неравенство в образовании. Теперь становится важным, в перспективную или неперспективную (с точки зрения дальнейшего переезда в город) школу попадает ученик. А ведь сельская школа всегда являлась основным условием существования и воспроизводства сельского сообщества", – подчеркивает Петр Великий в работе "Российское село. Итоги постсоветской трансформации" (Саратов, 2011).

Школа перестала быть частью социального конвейера

К настоящему времени изменилась сама концепция школы. Это уже не то место, которое обучает и воспитывает человека и гражданина. С одной стороны, школа стала полем борьбы за место под солнце, начинающейся с детских лет (результат рыночной демократии). С другой стороны, она все больше становится местом "социализации", общения со сверстниками, детских и подростковых мероприятий, всяких школьных праздников и т.п. То есть собственно об обучении речь идет все меньше. Ели так пойдет дальше, то совсем скоро школа, как на Западе, превратится в то место, где детям должно быть fun – весело, развлекательно и позитивно. И она на наших глазах становится институтом социальной дрессировки.

Такое изменение связано с тем, что исчезло экономическое обоснование школы и вообще системы массового образования. Ведь оно возникло в индустриальном обществе, когда растущей промышленности требовались миллионы рабочих рук и их нужно было массово обучать. Для этого и понадобились школы. Ранее школа была частью "социального конвейера". В нее массово набирали, массово обучали, а выпускников после техникумов и вузов массово устраивали. Сегодня в школу (и вузы) так же массово набирают, массово обучают и… устраивайтесь сами. Но зачем тогда вообще это массовое обучение, если человек может рассчитывать только на свои собственные силы?

Альтернатива школе – семейное образование?

В связи с недовольством многих родителей качеством обучения в школах в последние годы в России набирает популярность семейное образование. Оно предусмотрено законом об образовании и отличается тем, что ребенок получает образование вне школы, где только проходит аттестации, причем, согласно закону, обязательными являются лишь две аттестации – после 9-го и 11-го класса. Правда, на практике их обычно проходят каждый год. Со школой заключается договор, где все это прописывается, а ребенок имеет те же права, что и рядовые школьники, в частности на учебники, консультации и т.п. Хотя во многих случаях чиновники и школы чинят препятствия для перевода ребенка на семейную форму, почти всегда родителям удается реализовать свои права.

Как отмечает представитель Всемирного конгресса семей в России и его посол в ООН, руководитель программы поддержки семейного образования "Классические беседы" Алексей Комов, точных данных о том, сколько детей в России обучаются на семейной форме, нет. Такой статистики просто не ведется. По его данным, всего на дому обучаются около 100 тыс. детей, но добровольно, т.е. не из-за проблем со здоровьем, а по выбору родителей и ребенка, – около трети. Это всего около 0,2% от общего числа учащихся, но это число растет.

По его словам, об итогах успеваемости таких детей тоже нет статистики, но в США по тесту, аналогичному ЕГЭ, дети в общеобразовательных школах набирают в среднем 50 баллов, а дети, которые были на семейном обучении, – около 86 баллов, причем это вообще не зависит от уровня образования родителей, которые являются скорее организаторами и модераторами процесса. Само обучение целиком основано на самостоятельной работе.

"Дети на домашнем обучении знают, как правило, на порядок больше, чем обычные школьники, им все интересно, у них не загублена эта живая жилка познания", – утверждает Комов.

Он критически относится к школьной социализации, которая, по его мнению, имеет очень специфический характер.

"Ребенок на 11 лет изолируется от реального общества и помещается в отдельно стоящее здание без права покидать территорию, где он отвечает по команде, встает и садится по звонку. При этом он все эти годы взаимодействует с ограниченным количеством одних и тех же детей одного с ним возраста, находясь в одной и той же социальной позиции по отношению к школьным работникам. Это что? Это нормальная социализация? Это реальная жизнь?" – вопрошает Комов.

Он и другие последователи семейного образования признают: оно подходит далеко не для всех, а только для тех семей, которые готовы уделять достаточно времени и внимания воспитанию и образованию своих детей.

Десять лет назад в России на семейном обучении были около 4 тыс. детей, сегодня – около 30 тыс. Это говорит о том, что школьное образование все меньше удовлетворяет родителей. И при этом оно становится все менее доступным.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

549

Похожие новости
13 ноября 2018, 12:00
06 ноября 2018, 12:00
07 ноября 2018, 10:00
14 ноября 2018, 12:00
09 ноября 2018, 14:00
14 ноября 2018, 14:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
12 ноября 2018, 15:15
11 ноября 2018, 21:15
12 ноября 2018, 14:30
08 ноября 2018, 09:16
08 ноября 2018, 21:45
09 ноября 2018, 19:16
11 ноября 2018, 20:30

Интересное на сайте
20 декабря 2010, 13:40
06 февраля 2010, 17:37
02 ноября 2011, 15:09
28 января 2014, 16:31
28 апреля 2011, 16:31
17 мая 2011, 11:31
13 мая 2011, 16:08