Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

МВД с РПЦ разворачивают террор в стране

 

"Судья поместил меня в психиатрический стационар": Барнаулец - об обвинениях в экстремизме за мем с патриархом

В пятницу 3 августа стало известно, что в Барнауле заведено еще одно уголовное дело за размещение в соцсетях экстремистских материалов и оскорблении чувств верующих. Помимо Марии Мотузной и Даниила Маркина фигурантом дела стал 38-летний Андрей Шашерин: его также обвинили в том, что он разместил в своем аккаунте в соцсети "ВКонтакте" изображения с целью "дискредитации РПЦ", в том числе мем про "часы патриарха".

"Изображение представляет собой копию отретушированной фотографии патриарха Кирилла, на которой дорогие часы отражаются на лакированной поверхности стола", - сказано в деле. Мем был признан экспертизой экстремистским.

Шашерин рассказал Сибирь. Реалии, как проходило следствие и как на него оказывали давление. У него заблокировали счета, он не может платить по кредиту, а недавно, по его словам, судья по требованию следствия постановил отправить его на экспертизу в психиатрический стационар, хотя необходимости в этом не было:

- Когда вы узнали, что являетесь фигурантом уголовного дела. С чего все началось?

- В марте у меня и моих родителей проходил обыск. Но никакого уголовного дела еще не было. Оно было возбуждено только 5 апреля после моих показаний. Подписанная мною явка с повинной и стала основанием для возбуждения уголовного дела.

5 марта ко мне в квартиру вошли люди в гражданской одежде. Их было трое и двое понятых. С ними также были трое в масках и в черной одежде без опознавательных знаков. Никто не называл фамилий и званий, не предъявлял ордера на обыск. Мне сухо сказали: "Одевайтесь, поедете с нами". Жене пояснили, что обыск проводят по постановлению. У меня не было и мысли сопротивляться. За полчаса до этого оперативники с понятыми и бойцы СОБР приехали к отцу.

- Как проходили эти обыски?

- Оперативники довольно поверхностно изучали обстановку. Ходили, осматривались. Ничего не переворачивали, ничего не искали. Их интересовала цифровая техника. Изъяли только телефоны, но меня на тот момент уже вывели в наручниках.

- Необходимость использовать наручники как-то объяснили?

- Это интересный вопрос. Необходимость применения спецсредств оговорена законом. В любом случае должен был быть написан рапорт об использовании спецсредств. Я направлял жалобу о неправомерном их применении и превышении должностных полномочий в ГУ МВД по Алтайскому краю, Следственный комитет и прокуратуру, но нарушений найдено не было.

В Центре "Э" на проспекте Калинина, 20 я простоял в наручниках до двух часов, пока допрашивали мою жену и отца. Жену запугивали тем, что если я не возьму на себя вину, то вся эта ситуация отразится на сыне, что я могу и не вернуться домой сегодня. Мне тоже говорили, что если я хочу уехать домой, то лучше бы посотрудничать. В противном случае я могу прямо из кабинета уехать в СИЗО. Мне намекали, что и в тюрьме со мной может всякое случиться, подразумевая сексуальное насилие. В садике у сына все будут знать, что отец - экстремист. Родственники не смогут устроиться на государственную службу. Если я принимаю их условия, то все может ограничиться небольшим штрафом или исправительными работами.

Так меня вынудили подписать явку с повинной, что я размещал изображения, зная, что они имеют негативный посыл в отношении группы лиц по национальному или религиозному признаку. Всего в экспертном заключении фигурируют 36 картинок. Жена подписала протокол, в котором говорилось, что она видела, как я размещаю картинки, и не препятствовала этому.

- Как с вами общался следователь?

- Следователь СО по Ленинскому району Барнаула Антон Костырко никаких вопросов не ставил, просто подсунул бумаги, в которых я должен был расписаться. Я подписал. После этого он вызвал адвоката. Она тоже поставила свою подпись. Меня отвезли домой и сфотографировали в дверях квартиры (то же самое сделали с Марией Мотузной). Государственный адвокат мне вообще ничего не советовал, даже не разговаривал со мной. Он молча приходил, наблюдал за следственными действиями, подписывал документы и уходил. Не было никакой линии защиты.

Я пришел в себя только на следующий день. Начал разговаривать с юристами, адвокатами. С тех пор я не встречался со следователем и отказался от дачи показаний. 26 июня следователь подал на меня в розыск. На следующий день состоялся суд по мере пресечения, поскольку я якобы не являюсь по повестке и скрываюсь от следствия. Судья отказала в розыске из-за несостоятельности доводов следователя.

​- Почему следователь решил направить вас на психиатрическую экспертизу?

- У него появились сомнения в моей вменяемости. Эксперты в Алтайской краевой клинической психиатрической больнице им. Ю. К. Эрдмана уже провели экспертизу и потратили на нее полтора часа, а потом сказали, что у них не хватило времени и экспертиза должна быть стационарной. В ходе комиссии меня тестировали психолог и психиатр, показывали картинки на предмет ассоциаций и задавали вопросы. Никто их во времени не ограничивал, я от обследования не отказывался, готов был приезжать на беседы. Но они ограничились почему-то одной. Прокурор сказал, что у него нет оснований не доверять экспертам, поэтому заключение о необходимости помещения меня в стационар пошло в суд.

16 июля следователь вручил мне повестку. 24 июля в ходе заседания я привел доводы, что экспертиза была составлена с нарушением Уголовно-процессуального кодекса, но судья встал на сторону следствия и постановил поместить меня в психиатрический стационар. Видимо, психиатрический стационар здесь является инструментом карательной психиатрии.

2 августа я подал апелляционную жалобу на это решение Ленинского районного суда Барнаула. Сейчас у меня на руках есть заключение комиссии экспертов о моей вменяемости от АНО Правозащитная организация "Справедливая медицина". Для ее проведения мне пришлось лететь в Москву. В Барнауле мне во всем отказывают. В дополнительной экспертизе по картинкам следователь мне также отказал.

- Кто проводил экспертизу картинок?

- Это та же организация, которая дает заключение в деле Маши Мотузной - АНО "Лингвистический экспертно-консультационный центр" в Барнауле. Картинками занимались три эксперта: кандидат философских наук Марина Градусова, кандидат психологических наук Андрей Королев и магистр филологии Евгения Храмушина.

На картинке, где человек, похожий на Иисуса Христа, спрашивает у патриарха Кирилла из-за спины: "Время не подскажешь?" (намек на дороговизну наручных часов главы РПЦ), а тот отвечает: "Иисус, ****[не мешай]", эксперты нашли "нарушение норм коммуникативной этики, имеющей неприличную форму, нарушение норм религиозной этики в неприличной форме и дискредитацию администрации РПЦ".

- Откуда у вас в альбомах появились эти 36 картинок, и когда это произошло?

- Нам показали уже готовые распечатанные картинки. Я видел их впервые. Уже давно не был ВКонтакте.

​- В вашей семье есть верующие?

- У нас в семье все крещеные, включая сына. Я положительно отношусь к религии, если это не переходит в фанатизм. Не понимаю людей, которые в штыки воспринимают любую критику и набрасываются на атеистов, например.

- Какое у вас сложилось впечатление о том, как сам следователь относится к тому, чем ему приходится заниматься?

- Я считаю, что он воспринимает меня как источник карьерного роста. Еще до решения суда он проявлял особое рвение, пытаясь вручить мне повестку в психиатрический стационар. После вынесения решения, когда у меня еще есть десять дней на обжалование, он повторно хотел вручить "приглашение".

Не секрет, что в стране в целом сложилась такая практика, что дела рассматривают в "особом" порядке. До конца следствия человека просто закрывают в СИЗО и берут измором в ожидании, что он даст на себя признательные показания. То есть дело не расследуют, не применяют интеллектуальные навыки, а просто задействуют карательные меры. Думаю, цель проведения психиатрической экспертизы примерно такая же.

- Как может повести себя суд, по вашим прогнозам?

- У меня нет никакого опыта в судах. Все это может закончиться, как угодно. Я приведу свои доводы, покажу заключение независимой экспертизы, но не могу быть уверенным, что все это будет принято. Юристы, которые меня консультировали, тоже ничего не могут гарантировать. Могу сказать, что в любом случае я буду идти до конца, обращусь в Верховный суд.

- Вам известно, кто написал заявление на вас?

- Я не знаю этих людей и их мотивы. Еще не было возможности ознакомиться с делом. Могу сказать, что у нас с Машей (Мария Мотузная) и Даниилом (Даниил Маркин) разные заявители. Не думаю, что это некие религиозные деятели. Я посмотрел на тех, кто написал заявление на Машу, религиозностью там и не пахнет.

- В чем, по-вашему, причина обилия уголовных дел, возбуждаемых из-за картинок в соцсетях?

- Это явно политические статьи, которые необходимы, чтобы люди перестали говорить, меньше общались, не объединялись и пребывали в запуганном состоянии. Я общался с адвокатом Владимиром Васиным из "Агоры", который говорит, что Алтайский край в числе лидеров СФО, где нарушаются права человека.

Я полностью потерял доступ к своим средствам, возможность открыть счет в банке, взять кредит и защищать себя. Я чувствую себя абсолютно бесправным. До этой истории я работал на себя в сфере строительства, сейчас у меня просто не остается времени ни на что, кроме этого дела. Хотел устроиться на какую-то работу, но необходим счет в банке, который мне теперь недоступен. Я нахожусь в списке экстремистов Росфинмониторинга, и ни один банк мне сейчас без их отмашки не будет предоставлять услуги. Я даже не могу технически вносить платежи по кредиту, из-за чего банк начисляет пени и штрафы. Невозможно даже взять кредит на адвоката, поэтому я защищаю себя сам. И никто не может мне гарантировать, что я выйду из стационара без диагноза.

- Вы участвовали когда-либо в протестных акциях?

- Нет, никогда не был активистом, не участвовал в митингах.

*****

Фотография, использованная для коллажа с патриархом, появилась в 2012 году. Пресс-служба главы РПЦ Кирилла разместила на сайте РПЦ фотографию его встречи с министром юстиции. Работники пресс-службы поправили снимок в фоторедакторе - убрали с руки патриарха дорогие швейцарские часы (Breguet за $30 тыс.), но забыли отретушировать их отражение на столе. После скандала и высмеивания главы РПЦ в соцсетях его пресс-службе все-таки пришлось опубликовать оригинальное фото.

 

 

В Барнауле завели дело об экстремизме из-за картинки с патриархом Кириллом

 

В тюрьму за мемы. Тема дня

 

В ТЮРЬМУ ЗА МЕМЫ!

 

 

Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции - открытые и совершенно безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

 

 

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

392

Похожие новости
15 октября 2018, 20:30
15 октября 2018, 16:30
15 октября 2018, 19:15
15 октября 2018, 20:01
15 октября 2018, 12:01
15 октября 2018, 16:30

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
11 октября 2018, 12:02
13 октября 2018, 19:15
09 октября 2018, 23:15
15 октября 2018, 11:15
13 октября 2018, 16:15
13 октября 2018, 20:01
09 октября 2018, 20:30

Интересное на сайте
09 ноября 2012, 10:50
12 сентября 2011, 12:05
18 марта 2012, 12:19
17 мая 2013, 16:30
06 февраля 2010, 17:37
03 ноября 2011, 13:06
10 августа 2012, 16:11