Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Металлургия Украины медленно умирает

Перспективы украинской металлургии оцениваются экспертами весьма пессимистично. Украинская металлургия наряду с химической отраслью, машиностроением и сельским хозяйством являлось опорной для экономики бывшей УССР. В нулевые годы XXI века черная металлургия вместе с «родственными» подотраслями (производство метизов, труб и т. п.) давала до 10−13% ВВП Украины и обеспечивала до 40% валютной экспортной выручки.

Эти цифры в силу ряда условий понемногу сокращались, но даже в 2013 году Украина экспортировала черных металлов, а также руды, метизов и труб на сумму в 14,3 млрд долларов, что обеспечило ей до 23% валютной экспортной выручки (при экспорте в 63,6 млрд долларов). Напомним, тогда первое место с 17 млрд долларов выручки занял аграрный сектор, третье место — химическая индустрия с 5 млрд долларов. Правда, стоит учесть, что украинское машиностроение (в статистике оно разбито на три группы — машиностроение, приборостроение и транспорт) принесло в совокупности стране почти 11 млрд долларов.

В отличие от РФ с ее «разбросанной» металлургией — Урал, Сибирь, Север, Центральный регион, особенностью украинской является ее высокая компактность. Почти все предприятия отрасли (а это 19 крупных и средних комбинатов, 12 трубных заводов, 20 метизных предприятий), расположены внутри прямоугольника 250 на 200 километров с хорошей транспортной связностью, развитой инфраструктурой и вблизи морских портов (Мариуполь, Николаев). Привлекательности этому региону, который включает в себя Донецкую, Луганскую, Запорожскую, Днепропетровскую и частично Николаевскую и Харьковскую области, добавляет абсолютная обеспеченность собственной ресурсной базой для производства стали. Достаточно качественная железная руда добывается преимущественно открытым способом предприятиям Криворожского железорудного бассейна (Днепропетровская область), а уголь коксующихся марок, который затем на коксохимических производствах (крупнейшее — Авдеевский коксо-химический комбинат) перерабатывается в кокс — в Луганской и Донецкой областях (Краснодонуголь и др. объединения).

До революции этот регион, который с конца XIX века стал центром российской индустриализации, по этой причине называли «Русским Руром» — он был таким же компактным, как и его немецкий «визави». Собственно, благодаря этому региону «незалежная» Украина в какой-то степени смогла стабилизировать свое экономическое положение после 1991 года. Однако, эти времена уже прошли.

В позднесоветское время выплавка стали в УССР составляла около 53 — 57 млн тонн стали, но в 90-е годы прошлого века она обвалилась до 23 — 29 млн тонн. В нулевые годы нашего века произошел «ренессанс» черной металлургии, которая вышла в 2007 — 2008 годах на «годовой пик» производства более чем 40 млн тонн стали. Кстати, если внимательно посмотреть на график выплавки стали на Украине, то даже слепой может подметить в нем странное сходство с динамикой цен на нефть, а более глобально — вообще с ценами на commodities, включая сталь, стальные полуфабрикаты и прокат. Удивительного тут нет ничего. Хотя высшая часть сортамента черной металлургии представлена продукцией с высокой добавленной стоимостью (холоднокатаный прокат, сортовой прокат, трубы, метизы), спрос на нее и на продукцию более низких переделов (катанка, слябы, горячекатаный прокат) эластичен в зависимости от состояния сырьевых рынков.

Это в копилку досужих рассуждений о том, что «Украина не зависит от мировой конъюнктуры», «ей выгодны низкие цены на сырье» и т. п. благоглупости, о коих так тщательно писали евразийские СМИ несколько лет назад (некоторые пишут до сих пор). Отдельные издания в припадке отрицания объективной реальности договорились даже до того, что оказывается локомотивами украинской экономики являются не металлургия, сельское хозяйство и машиностроение (вместе с химической отраслью), а… торговля, образование и транспорт! Подобные «бюджетные расчеты» чем-то напоминают заверения российских «экспертов» о том, что раз в ВВП страны нефтегазовый сектор занимает лишь 27−29%, то падение цен на нефть никакой роли, дескать, не сыграет.

Украинская черная металлургия еще более экспортоориентирована, чем даже российский нефтегаз. Украина в лучшие годы потребляла лишь 22 — 25% производимого в ней черного металла, а остальной вывозился. Так в 2011 — 2013 годах внутреннее потребление стали на Украине составляло лишь около 8 — 8,5 млн тонн. После 2014 года потребление металла в этой стране упало почти вдвое — до 3,5 — 4,5 млн тонн в год.

Реальное падение в черной металлургии Украины началось с 2013 года, а события 2014 года и последующих лет на Дальнем Востоке Украины, волатильность цен на сталь и железную руду на основных рынках сбыта только усугубили ситуацию. В 2015 году черная металлургия Украины «протестировала» историческое дно: 23 млн тонн стали, 20 млн тонн проката и 0,84 млн тонн труб (в два раза меньше, чем в 2013 году, кстати). В 2016 году ситуация чуть улучшилась: предприятия произвели 24,1 млн тонн стали и 21,4 млн тонн проката.

Но с началом 2017 года «отскок дохлой кошки» превратился в новое падение. С января 2017 года по инициативе депутата Верховной Рады и экс-комбата Семена Семенченко (в миру — торговца электроникой на мариупольском рынке Константина Гришина) Украина начала блокаду районов Донецкой и Луганской области, подконтрольных сепаратистам (ЛНР и ДНР). С весны украинская статистика перестала учитывать в «общем зачете» результаты работы Алчевского меткомбината, «Донецкстали», Енакиевского и Макеевского металлургических заводов, Харцызского трубного завода. Они совместно с рядом угольных и коксо-химических производств («Енакиевский коксохимпром», Ясиновский коксохимический завод, «Макеевкокс» и т. п.) перешли под контроль структур «пророссийского» украинского олигарха Сергея Курченко.

В апреле 2017 года по сравнению с апрелем 2016 года Украина сократила производство стали на 28,6% (до 1,572 млн тонн), заняв 14-е место среди 67 стран-производителей черных металлов в мире по версии Worldsteel (Всемирной ассоциации производителей стали). В январе-мае текущего года статистика также оказалась неблагоприятной. По данным Укрметаллургпрома, по сравнению с аналогичным отрезком времени 2016 года, производство стали оказалось меньше на 18% (8,7 млн тонн), металлопроката — на 20% (7,46 млн тонн), производство чугуна сократилось на 22%, кокса — на 25% (до 4,18 млн тонн). Из-за финансовых неурядиц был даже остановлен Днепровский меткомбинат. В мае на Украине по сравнению с провальным апрелем производство начало немного расти, но результаты все равно печальные — по сравнению с маем 2016 года «просадка» по стали, чугуну и прокату составляет 27−29%. Ряд украинских экспертов этой весной мрачно предположил, что Украина может пробить новое «дно» и произвести всего 17−19 млн тонн стали в текущем году.

Впрочем, даже такие тренды не свидетельствует об одномоментном крахе сталелитейной отрасли. На самом деле, украинская металлургия — полностью или частично — будет умирать долго, красиво и со вкусом. Поэтому времени ответить на вопрос, как ее следует реформировать, остается достаточно много — еще лет 5 — 7, как минимум. Как считает управляющий партнер инвестпроекта Thomson & French Вячеслав Бутко, глобальной проблемой украинской металлургии является ее низкая технологичность, якобы высокие затраты на продукцию (при этом против нее в ЕС и США постоянно идут антидемпинговые расследования!), перекос в производстве полуфабрикатов и общая устарелость (высокий износ производственных фондов и т. п).

Среди негативных внешних факторов эксперт упоминает слабое внутреннее потребление металла на Украине и волатильность цен на мировых рынках сбыта. Ведь за последние 15 лет производство стали в мире почти удвоилось (благодаря Китаю) и украинским металлургам с каждым годом все сложнее продавать хоть сколько-нибудь технологичную продукцию навроде листового и сортового проката. Поэтому идет рост экспорта полуфабрикатов и сырья (железной руды и окатышей).

— Но главную опасность для украинской металлургии представляет идущая в мире третья промышленная революция. Её особенностями являются активное внедрение аддитивного производства (оно экономит до 90% исходного материала, в отличие от нынешнего субтрактивного производства), массированное применение заменителей металла при производстве промпродукции и экономное потребление конструкционных материалов. В первую очередь именно это приведёт к банкротству низкопроизводительных и технологически отсталых украинских металлургических предприятий, — подытоживает месье Бутко.

Вторым комплексом проблем, который негативно скажется уже в ближайшие годы на металлургии Украины, является общая деиндустриализация этой страны. Надо все-таки набраться здорового цинизма и признать, что доставшийся Украине в наследство огромный индустриальный кластер — машиностроение, авиакосмическая отрасль, приборостроение, транспортное машиностроение, черная металлургия, химпром и т. п. — это было очевидное излишество для беднеющей прямо на глазах страны. В мире нет примеров наличия развитого машиностроения в странах с подушевым (номинальным) ВВП в 2 — 5 тысяч долларов в год на человека.

Просто потому, что эта отрасль слишком дорога для такого государства — нет денег на R&D, опытно-конструкторские работы, на маркетинг и продвижение, на оплату научных центров и т. п. Потому, что в этой стране невозможно подготовить сколько-нибудь квалифицированные кадры и обеспечить им приемлемую зарплату. Инженеры и конструкторы с зарплатой в 300 — 400 долларов — это наследство «советской системы», но она уже не воспроизводится. А в связи с «безвизом» для еще имеющихся украинских инженеров и профессиональных рабочих открывается прямой путь в страны Евросоюза (пусть сначала и нелегально).

Все попытки остающихся еще хоть как-то здравомыслящими украинцев что-то предпринять, в перспективе обречены на провал:

— Самолеты и корабли мы уже не выпускаем. Если остановятся такие заводы как в Могилеве-Подольском, а также более крупные Новокраматорский машиностроительный завод и «Азовмаш», то мы потеряем все. Если Украина потеряет машиностроение, то превратится в склад металла, который посыпан зерном, — заявил оппозиционный политик Борис Колесников.

На самом деле, дядечка серьезно опоздал — в экспорте Украины за 2016 год до 45% в стоимостном выражении занимает продукция сельского хозяйства, а важнейшим финансовым средством стабилизации национальной валюты стали редкие кредиты МВФ и переводы украинских гастарбайтеров.

Поэтому ситуация в черной металлургии — это лишь часть того, что происходит в целом в промышленности Украины. Она, кстати, в этом году демонстрирует заметное падение на 2 — 8% по разным отраслям относительно месячной статистики в 2016 году. С этим согласны и украинские наблюдатели:

«Все это показывает, что промышленный спад, который действительно есть и даже углубляется ежемесячно (против аналогичного периода 2016-го по стране в целом он составил — 4,6% в феврале, 2,7% в марте и 6,1% в апреле) имеет своими причинам не последствия блокады, а нечто совсем другое. Более долгосрочная из них — продолжение длительного тренда на деиндустриализацию страны из-за естественного отмирания старых неконкурентных производств (например, химпрома в Центре и на Западе). Есть и ситуативные: при более внимательном анализе заметной становится очевидна коррекция производства в разных регионах в зависимости от высшей или низшей базы сравнения в прошлом году, а также сезонности отдельных производств пищепрома», говорится в статье украиноязычного издания «Неделя» («Тыждень»).

Последняя надежда украинских металлургов — это экспорт. В минувшем году они вывезли почти 21 млн тонн стали и металлопродукции, увеличили даже поставки железорудного сырья, но с трудом набрали чуть более 7 млрд долларов. Это в 2 раза меньше, чем в 2013 году — ничего не поделать, цены на черные металлы упали. Есть сложности и с рынками сбыта. Так в неограниченном объеме пробиться на рынок Евросоюза не получается: европейцы подозревают украинцев в демпинге и ведут против них антидемпинговое расследование по поставкам горячекатаного проката и толстого листа. Плюс ЕС настаивает на отмене Киевом экспортной пошлины на лом металлов, что может больно ударить по металлургии, которая зависит от этого вида сырья. В США все хуже — Украина там обложена квотами плюс в апреле стартовало новое антидемпинговое расследование на поставки катанки (чохом под него угодила еще почти дюжина стран).

По всей видимости, в ближайшие 5 — 7 лет решится судьба большинства еще остающихся металлургических комбинатов Украины, какая-то часть из них закроется, какая-то будет перепрофилирована, а общий уровень выплавки стали закрепится на уровне 10−15 млн тонн в год. Заметит ли мир потерю евразийской металлургической «сверхдержавы»? Вряд ли. 15 лет назад доля Украины в мировом производстве стали была 6 — 7%, а сейчас — менее 1,5%.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

875

Похожие новости
24 июля 2017, 12:00
24 июля 2017, 16:00
23 июля 2017, 20:00
24 июля 2017, 16:00
23 июля 2017, 14:45
24 июля 2017, 10:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
20 июля 2017, 08:45
19 июля 2017, 02:45
21 июля 2017, 00:45
22 июля 2017, 00:45
18 июля 2017, 01:00
21 июля 2017, 22:45
19 июля 2017, 17:45

Интересное на сайте
12 сентября 2011, 12:05
08 мая 2011, 16:24
23 июля 2013, 12:40
03 ноября 2011, 13:06
05 марта 2012, 12:57
17 мая 2011, 11:31
25 декабря 2015, 09:01