Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Линдерман: «Монументу Освободителям в Риге угрожает серьёзная опасность»

Собеседник EADaily — известный в Латвии оппозиционный политический активист, публицист и правозащитник Владимир Линдерман. Темой беседы стали актуальные события, произошедшие в республике в последнее время. В частности, многих русских жителей республики неприятно поразило известие о том, что парламент государства большинством голосов решил дать ход петиции о сносе находящегося в Риге советского монумента Освободителям. У этого мемориала ежегодно десятки тысяч русскоязычных рижан встречаются, чтобы отпраздновать дату 9 мая.

— Как вы оцениваете ситуацию, возникшую в настоящее время вокруг находящегося в Риге монумента Освободителям?

— Обстановка очень тревожная. Откровенно говоря, я ошибся, предположив, что Сейм не поддержит петицию свихнувшихся на русофобии 10 822 граждан, требующих снести Памятник советским воинам в Риге. Сначала я думал, что Сейм отклонит эту петицию и предложит что-нибудь компромиссное, типа — построить рядом с памятником филиал «Музея оккупации». Предполагал, что физически уничтожить памятник побоятся, но попытаются уничтожить его смысл. Но, в итоге, депутаты поддержали передачу петиции на рассмотрение в парламентские комиссии: сорок пять голосов «за», тридцать — «против». 19 июня состоялось заседание комиссии Сейма по иностранным делам. Решался вопрос о создании рабочей группы, которая займётся разработкой законопроекта о демонтаже Памятника освободителям Риги. Заседание было закрытым, что конкретно решено — неизвестно. Но сам факт, что группу возглавит депутат от Национального блока Янис Домбрава, известный своими многочисленными русофобскими заявлениями, не сулит ничего хорошего. Пока складывается так, что нам предстоит защищать памятник, возможно, и физически.

— Но ведь даже латвийский МИД недавно сослался на заключенное в 1994 году соглашение с Россией, в котором предусматривается защита мемориальных сооружений. Разве это соглашение больше не действует?

— Я не считаю данное соглашение надёжной гарантией. Памятник освободителям Риги в этом договоре прямо не упомянут, а кроме того, отсутствует четкая дефиниция — что подразумевается под «мемориальными сооружениями»? Процитирую статью 13-ю соглашения, на которую обычно ссылаются: «С учетом международной практики Латвийская Сторона обеспечивает уход, благоустройство и сохранность мемориальных сооружений и мест массовых захоронений воинов на территории Латвийской Республики, а также не препятствует захоронению умерших военных пенсионеров и членов их семей и проведению ритуалов захоронения».

— Что ж, кажется, всё четко расписано…

— При желании, понимать под «мемориальными сооружениями» можно лишь те, которые находятся в местах захоронений, на кладбищах: надгробные памятники, стелы и прочее. В таком случае Памятник освободителям не является предметом российско-латвийского соглашения. Именно так трактуют документ представители праворадикального Национального блока. Рано или поздно к этой точке зрения присоединятся и другие правящие партии. Напомню, что соглашение между Россией и Латвией не помешало сносу памятника погибшим в 1941 году советским морякам в Лимбажи.

— А что вы думаете о ситуации в рижском самоуправлении? Совсем недавно депутаты городской думы большинством голосов сняли отстранённого в апреле преемника Нила Ушакова, представителя партии «Честь служить Риге» Дайниса Турлайса…

— Да уж, недолго музыка играла. Турлайс смещён с поста мэра Риги, пробыв на нём всего три недели. Тридцать один голос против двадцати девяти, то есть исключенная накануне из «Согласия» «банда четырёх» голосовала против Турлайса, в расчете на бонусы от латышских партий. Теперь остается два варианта. Либо латышские партии идут на союз с «бандой четырёх» и создают новую коалицию, очень неустойчивую, либо, что более вероятно, предстоят досрочные выборы. В таком случае у «Согласия» есть единственный шанс сохранить власть в Риге — без гарантий, но всё-таки шанс. Для этого им придётся вернуть из Брюсселя свою палочку-выручалочку и поставить его первым номером в списке. Я имею в виду, разумеется, Нила Ушакова, недавно избранного в Европарламент.

— Вы считаете такой поворот событий реальным?

— Обратите внимание, после исключения «банды четырёх» и утраты большинства в думе лидеры коалиции «Согласия» и «Честь служить Риге» заговорили о досрочных выборах в оптимистическом тоне. До сих пор идею роспуска думы и внеочередных выборов продвигали латышские партии, особенно Нацблок. Возможно, в «Согласии» решили, что если невозможно остановить поезд, надо самому занять место машиниста, перехватить инициативу. Роспуск городского самоуправления — не однодневный процесс. Если он будет запущен, то выборы, скорей всего, состоятся где-то поздней осенью. Я действительно не исключаю, что список «Согласия» может снова возглавить Ушаков. Это увеличит шансы «согласистов», но увеличит и шансы Ушакова быть арестованным по одному из коррупционных дел, в то время как сейчас у него есть, хоть и шаткий, но всё же европейский депутатский иммунитет. Это не прогноз, но один из реальных вариантов развития событий.

— В последнее время вы много работаете над организацией правозащитной помощи людям, против которых в Латвии были начаты политические дела. Можете рассказать о каком-либо из таких дел?

— Конечно. 13 июня в Риге начался суд над Олегом Бураком, которого обвиняют в шпионаже в пользу России. Он находится в Рижской центральной тюрьме с октября прошлого года. По многим признакам, дело — «липовое», сфабрикованное Службой госбезопасности, чтобы показать, как она мощно борется с русскими шпионами. Какие конкретно действия Бурака признаны «шпионскими», мы не знаем. И узнать не у кого: и у самого обвиняемого, и у его адвоката Иммы Янсоне взята подписка о неразглашении материалов следствия. За разглашение предусмотрена уголовная ответственность. И тем не менее, не может не броситься в глаза удивительное для «шпиона» поведение. Бурак — бывший сотрудник системы министерства внутренних дел. Работая в Информационном центре МВД, он вёл затяжную войну с коррумпированным начальством. Суть дела, если коротко, такова. Из госбюджета и фондов Евросоюза министерству были выделены деньги на реализацию конкретного проекта. Начальство, используя классическую схему «распила», создало цепочку фирм, которые перекидывали заказ друг другу, и в итоге реальные исполнители получили лишь где-то треть суммы. Бурак разоблачил эту схему.

— Да, как-то не очень похоже на «шифрующегося» шпиона…

— Не похоже… Но коррупция — это ещё туда-сюда. Бурак вступил в конфликт с Центром государственного языка, штрафующим русских жителей Латвии за неупотребление латышского — а это уже идеология и политика. Если ты шпион, так сиди тихо, будь подчеркнуто лоялен, не привлекай к себе лишнего внимания. Бурак делал всё наоборот — шумит и привлекает. Кроме того, сразу видны огромные усилия, которые предприняла СГБ, чтобы получить от Бурака признание в шпионаже. В ход пошло всё: шантаж здоровьем сына (он инвалид), демонстративное жёсткое задержание подруги Бурака, хотя она проходит по делу всего лишь как свидетель, попытка организовать прессинг в тюрьме, подстрекая заключенных, дополнительные обвинения по другим статьям, помимо шпионажа, и т. п. И постоянно один и тот же мотив: признайся, и будет тебе скидка. Когда на руках у следствия убедительные доказательства вины, нет необходимости так напрягаться. Признался или не признался подозреваемый — какая разница? И так хватает улик, чтобы упечь его лет на десять. А вот когда доказательства «мутные» или их вообще нет, тогда признание очень важно…

— Тут недавно в Риге латвийская пресса устроила митинг в поддержку арестованного в Москве Ивана Голунова. А что, арест Олега Бурака латвийские журналисты не заметили?

— Если б только одного Бурака! В позапрошлом году латвийская Полиция безопасности начала уголовное дело против журналиста Юрия Алексеева, которому подбросили патроны. В прошлом году заведены уголовные дела на общественных активистов Александра Гапоненко и Ильи Козырева — люди высказывались в защиту русского образования в Латвии, приговоренного властями к ликвидации. Гапоненко четыре месяца продержали в тюрьме. Что же касается Голунова… Министр внутренних дел РФ Колокольцев лично заявил о прекращении уголовного дела против журналиста «Медузы» и о том, что задерживавшие его полицейские на период расследования их действий отстранены от исполнения обязанностей. Вот было бы чудо, если бы министр внутренних дел Латвии сделал такое заявление, когда меня в 2018-м при задержании кинули лицом на асфальт. Или когда сотрудники Полиции безопасности в 2002-м засунули взрывчатку в моё домашнее кресло и на основании этой находки обвинили меня в подготовке покушения на президента Латвии. А российские менты в деле Голунова крепко накосячили. Головы полетят. Там куча идиотизма. Начиная с заявления о том, что он уже три месяца был в оперативной разработке, но при этом они не знают его место работы. Ведь оперативная разработка как раз и начинается с того, что о человеке собирается максимум информации, включая его временные работы, аккаунты в соцсетях, семейная ситуация и прочее.

-Недавно Следственный комитет России возбудил уголовное дело о массовых убийствах мирных жителей, совершенных в 1942−43 гг нацистскими карателями в районе деревни Жестяная Горка Новгородской области. Вы высказали предположение, что какие-то сведения об этом мог бы сообщить новоизбранный президент Латвии Эгил Левитс…

— Строго говоря, казни советских граждан в районе Жестяной горки — не новость. Ещё по горячим следам войны, в декабре 1947 года, в Новгородском Кремле состоялось открытое заседание военного трибунала. На скамье подсудимых находились девятнадцать бывших военнослужащих, причастных к расправам. Но — только немцы. Хотя досудебное следствие выяснило, что среди палачей было несколько десятков жителей Латвии. Их имена установлены: Янис Цирулис, Альфонс Удровскис, Николай Крумин, Порфирий Беляев, Харийс Лиепиньш, Карлис Лацис, Бруно Загерс и другие, всего более тридцати человек. Однако на процессе «латышский след» отсутствовал. Причина понятна: советское руководство боялось разрушить, даже пошатнуть идеологический догмат о дружбе народов СССР.

— И эта тема больше не поднималась?

— К активному розыску латышских коллаборационистов, участвовавших в казнях, советские органы госбезопасности приступили лишь в начале 1960-х годов. Но к тому времени большинство бывших карателей благополучно прижилось в различных западных странах, правительства которых не горели желанием сотрудничать с Советским Союзом в вопросах выдачи военных преступников. Показательной является биографии участника казней в Жестяной Горке Яниса Цирулиса. Окончание войны застало его в Германии. Естественно, на родину он возвращаться не стал. Как пишут историки, на протяжении нескольких лет бывший каратель являлся заместителем командира так называемой «латышской рабочей роты» при американской армии. Принимая активное участие в деятельности латышских эмигрантских кругов в ФРГ, сделал определенную политическую карьеру — стал председателем праворадикальной организации «Ястребы Даугавы».

— Но при чём же тут Левитс?

— Янис Цирулис умер 18 ноября 1979 года. Мне удалось отыскать некролог, посвященный его уходу в мир иной. Разумеется, там нет ни слова о кровавых «подвигах» покойного в Жестяной Горке. Эта глава в его биографии деликатно пропущена. При этом хочу отметить, что в последние годы жизни Цирулис являлся членом мюнстерского отделения «ястребов». Именно тогда семья Левитсов переселилась из Риги на постоянное место жительства в Германию. В 1973 году Эгилс Левитс окончил 12-й класс латышской гимназии в Мюнстере, которой «Ястребы Даугавы» покровительствовали. Сам Левитс рассказывает, что уже во время учебы в мюнстерской гимназии активно включился в общественную жизнь латышской эмиграции («тримды»). И продолжил эту активность, работая преподавателем в той же гимназии. Два активиста, старый и молодой, в одном городе, в немногочисленной этнической среде… Трудно представить, что их пути не пересекались. Вообще, тесные контакты с представителями латышской эмиграции, причем самого радикального толка, заметно повлияли на мировоззрение Эгилса Левитса. Кто знает, может быть, «ветеран» Цирулис, посещая латышскую гимназию, рассказывал гимназистам о своем боевом пути более подробно и откровенно, чем об этом написано в его некрологе?

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

348

Похожие новости
16 июля 2019, 13:30
16 июля 2019, 07:30
16 июля 2019, 13:30
16 июля 2019, 11:30
16 июля 2019, 21:30
16 июля 2019, 11:30

Новости партнеров


Новости партнеров
 

Новости

Популярные новости
11 июля 2019, 15:00
14 июля 2019, 03:30
13 июля 2019, 19:30
14 июля 2019, 11:30
12 июля 2019, 11:00
13 июля 2019, 17:00
14 июля 2019, 07:15

Интересное на сайте
31 января 2013, 11:27
27 мая 2013, 12:16
13 мая 2011, 16:08
15 февраля 2013, 14:22
12 сентября 2011, 12:05
03 ноября 2011, 13:06
15 февраля 2013, 14:25