Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Кемерово – это новая "Ходынка"?

Трагедия в Кемерово потрясла всю страну. Сегодня люди выходят на митинги и не только для того, чтобы поддержать семьи погибших, но и выдвинуть политические лозунги.

Любые массовые протестные выступления начинаются с уже подготовленной почвы, напоминает кандидат философских наук, доцент кафедры политологии и организации работы с молодежью УрГПУ (Екатеринбург) Андрей Коряковцев. "Такие трагедии становятся поводом для политизации, самоорганизации, ведь – будем реалистами – это не последняя трагедия, износ инфраструктуры в нашей стране огромен", – говорит он в беседе с Накануне.RU.

Вопрос: В отсутствие внятной информации от властей множатся версии причин произошедшего в Кемерово, всплывают различные подробности. Например, о том, что многие дети пошли в ТЦ "Зимняя вишня" по билетам, которые раздавали бесплатно в день выборов. У Вас прозвучала аналогия с Ходынкой и не только поэтому, как Вам кажется, в чем схожесть двух этих трагедий?

Андрей Коряковцев: С билетами просто совпадение. Об аналогии с Ходынкой я действительно написал, но тут же

подчеркнул, что это в определенном смысле – формальная аналогия.

Вспомним реальную, историческую Ходынку – чем занимался царь после этой трагедии? Он пьянствовал с французским послом. И его сделали святым. А сейчас никто, конечно, Путина святым не сделает, скорей, все наоборот. Но как ведет себя Путин – к нему никаких претензий нет, он поехал в Кемерово, сейчас из своих кресел много человек полетят. Естественно, найдут "стрелочников". Тем не менее, аналогия с Ходынкой может обрести содержание, если ее построить не на поведении конкретных руководителей государства, а на общей ситуации непоследовательности действий власти, которая ведет к таким трагедиям.

Вопрос: В чем эта непоследовательность?

Андрей Коряковцев: Кемеровская трагедия вскрыла целый комплекс системных проблем. Мне удалось поговорить с людьми, которые давно занимаются строительством, в том числе ТРЦ. Что они мне рассказали? Рынок оккупирован собственниками производств, которые предлагают мизерные цены за некачественный товар (в том числе дома с особо горючим декором или не налаженной сигнализацией и т.д.). Качественный товар им производить нет резона, поскольку и некачественный неплохо расходится. Цель бизнеса – не благо людей, не общественное благо, а прибыль – благо частного собственника. Если прибыль можно получить за счет наименьших затрат – зачем их увеличивать, сами подумайте?

Это просто капитализм, это и есть рыночная свобода на практике. Подчеркиваю: дело даже не в безнравственности капиталистов, а в том, что они просто следуют логике рынка, а иначе поступить они не могут, ибо перестанут быть капиталистами. Но тогда оказывается, что не производители виноваты в выпуске некачественного товара, а потребители. Они, раскупая некачественный товар, просто стимулируют его производство. Производитель, ориентированный на рынок, всегда скажет именно так и будет со своей точки зрения совершенно прав. Однако почему же все-таки этот брак покупают, подчас жертвуя своей безопасностью?

Причина проста: за качество, даже за элементарную безопасность, потребители часто платить не в состоянии. По какой причине? Да по причине господства у нас в стране с 90-х годов особой социально-экономической модели, которую называют неолиберальной и которая предполагает низкую стоимость рабочей силы, преобладание финансово-спекулятивного сектора и бюрократической ренты, пресловутых откатов.

Итак: первая причина того, что потребители (не только простые труженики, но в том числе и мелкая и средняя буржуазия) покупают некачественный товар: это отсутствие у них лишних финансов, которых нет по причине низких зарплат и высоких банковских процентов на кредиты. Вторая причина: это бюрократическая рента, имеющая у нас характер стихийного бедствия. А что это такое? Это когда чиновник рассматривает свою должность как частную собственность и средство для получения личного дохода. То есть, это непосредственный результат распространения рыночных принципов на функционирование государства.

Поэтому очень комично выглядит наша либеральная оппозиция, которая опровергает сама себя, воспевая рыночные свободы, и при этом борясь против их практического воплощения в самом последовательном виде. Однако не менее комично выглядит и правительство, стоящее на страже этой модели, но пытающееся консолидировать общество вокруг консервативных ценностей, которым приписывается всеобщность. Неолиберальная политика в принципе общество раскалывает, а не служит консолидации. Этот обоюдный комизм – правительства и либералов – губителен для обоих. Та и другая сторона – жертвы собственных идеологических клише, причем, либеральная оппозиция находится в одном дискурсе с властями – неолиберальном. Она же не социальную повестку выдвигает, она исповедует и пропагандирует рыночные ценности, ту же самую экономическую парадигму, что и правительство.

Правительство и либералы подпитывают друг друга и друг в друге нуждаются: отсюда правительственная поддержка "Ельцин-центра" и либеральных информационных ресурсов. Разница между ними – только в риторике и в степени идеализации рыночных ценностей. Если к власти придет либеральная оппозиция, она продолжит проводить ту же неолиберальную политику – только более жестко, последовательнее и разрушительнее.

Вопрос: От чего такое противоречие?

Андрей Коряковцев: Вся эта противоречивая ситуация есть лишь отражение общественной ситуации в целом. Дело вовсе не в Путине, не в Навальном. Дело именно в состоянии общественного сознания. Выборы показали, что никакого перелома в общественном сознании пока не произошло и ставка оппозиции на бойкот ("белый" или "красный") была утопичной. Кампания бойкота только показала, как плохо наша оппозиция чувствует настроения масс. Однако на выборах мы видели крах либеральной оппозиции, а избирательная кампания показала поляризацию и даже радикализацию политических сил.

За этим процессом стоит углубление общественного раскола, а это в условиях растущего внешнего давления для правительства плохая новость. Таким образом, с одной стороны, мы видим, что общество в целом боится оппозицию в большей степени, чем правительство, а с другой, что само правительство не контролирует процессы в оппозиции. Рано или поздно Путину понадобится решать: с кем ему идти: с "прирученными" олигархами или с гражданским обществом.

Тут надо понять вот что: перед этим выбором его ставит не какая-нибудь политическая сила, а сам ход общественных процессов в нашей стране. Таким образом, если Путина как политика что-то и погубит, то его непоследовательность в выборе социальной базы своей власти.

Вопрос: Николая II тоже обвиняли в непоследовательности?

Андрей Коряковцев: В чем-то Николай был очень последователен – в своей упертости и нежелании идти на глубокие реформы. Это его и сгубило. Урок, не усвоенный многими, к сожалению.

Вопрос: Николаю, говорят, было много знаковых предзнаменований о падении его режима, могут ли такие трагедии служить причиной тотального недовольства властью, спровоцировать волнения?

Андрей Коряковцев: Да. Я уже писал до этого по поводу сноса башни в Екатеринбурге – это знаковое событие, которое привлекло и федеральные каналы. Я сам не являюсь поклонником этой башни, но я как социолог вот что хотел бы сказать Козицыну, Куйвашеву и всем, кто отвечает за снос этой башни – не будите лихо! Но, к сожалению, уже разбудили. Вспомните события 2010-2012 годов, ведь вся политическая буза тех лет у нас в городе начиналась с неполитической темы, все начиналось с инициативы Козицына, УГМК возводить храм на Площади труда. Амбиции городских нуворишей, живущих в своих фантазиях, спровоцировали гражданский протест, гражданскую самоорганизацию. Собрался огромный митинг, там было больше 5 тыс. человек. Тем самым к недовольству итогами выборов президента в 2012 году городское сообщество уже было эмоционально разбужено, идейно и организационно подготовлено. Сейчас мы имеем дело с подобным процессом. Власть имущие ничему не научились. Амбиции и произвол властей опять спровоцировали протест и гражданскую самоорганизацию – и снова не по политической причине. Но неполитическая гражданская самоорганизация легко конвертируется в политическую.

И смотрите: за сносом башни последовала трагедия в Кемерово и вот уже либеральная оппозиция собирает митинги и "скорбит" под политическими лозунгами. Очевидно, что если бы не амбиции этих "козицыных", накал страстей [в Екатеринбурге] был бы меньше. Я без иллюзий смотрю на этих людей, которые вышли "прощаться" с башней, или тех, кто выходил ее защищать: среди них много тех, кем легко манипулировать. Не все, конечно, но таких много.

Вопрос: Да, ведь многие приехали на взрыв башни рано утром, ждали, никто не звал, не заставлял – выражали свою гражданскую позицию?

Андрей Коряковцев: Да, а теперь планируется митинг по поводу Кемерово, и там уже будут звучать политические лозунги. "Лихо" разбужено, и разбужено оно этими градостроительными экспериментами. Меня поражает глупость властей, они настолько живут в вакууме, настолько убеждены в собственной силе, что не понимают, что происходит. Момент разрушения башни выбран крайне неудачно. И я прошу понять меня правильно. Я не сужу о том, обоснован этот протест или нет. Протестующих я очень даже понимаю. Я лишь хочу сказать, что власти сами будят своего могильщика.

Вопрос: Хотите сказать, даже такие истории, как с недостроенной башней, грозят политическому режиму?

Андрей Коряковцев: О том, чтобы рухнул режим, речь пока не идет. Но события, подобные разрушению башни и подобные кемеровской, становятся поводом для политизации, самоорганизации граждан, ведь – будем реалистами – это не последние подобные события.

Вопрос: Износ старого жилого фонда уже давал о себе знать, незаконные перестройки в магазинах на первых этажах валят дома, которые строили в советское время, часто говорят о трещинах в новых монолитных новостройках, то есть инфраструктура еще даст о себе знать, если ей не заниматься?

Андрей Коряковцев: Да, эти новые дома, построенные в неолиберальное время, по принципам удешевления стройматериалов и рабочей силы, возведены не по старым, советским, проверенным ГОСТам. Я живу в доме постройки начала 1950-х годов, он уже столько времени простоял и простоит еще лет сто. А вот новенькие дома в модных жилых комплексах – я знаю, у меня друзья живут в Академическом районе, – там проблемы уже начались.

Вопрос: ТЦ "Зимняя вишня" – не совсем понятно, новое это здание или все же просто перестройка советского комбината, прошедшая без должного надзора и с нарушениями. Но это тоже инфраструктурная трагедия?

Андрей Коряковцев: Конечно, да. Износ инфраструктуры в нашей стране огромен. Кто даст гарантию, что завтра не будет какой-либо еще трагедии? Ведь за неолиберальные десятилетия советская инфраструктура износилась, а новой не создано. А прибавьте еще проблему терроризма. Трагедии будут еще и будут очень большими. Режим будет расшатываться, и не с помощью внешних сил, он будет расшатываться неизбежно по вполне естественным причинам, в том числе и по причинам износа инфраструктуры, но и с помощью глупостей таких "козицыных", фейковой оппозиционности и "декоммунизационных" инициатив "ройзманов" и т.д.

И чем власти больше замыкаются в своих идеологических фантазиях – тем более они приближают социальный взрыв, который может быть для них фатален.

Вопрос: Социальная, экономическая система не вчера была принята, почему трагедия произошла сейчас?

Андрей Коряковцев: Система, которая была создана в 1990-е годы и существует до сих пор, теперь входит в новую стадию своей эволюции. Переход к этой новой стадии был стимулирован процессами в гражданском обществе, толчок которым был, в свою очередь, дан украинскими событиями – и не только киевским Майданом, но и Новороссией, возбудившей надежды "левого" сопротивления неолиберализму. В этом новом периоде есть черты, напоминающие латентный кризис советской системы – эпоху так называемого "застоя" в 1970-е годы, эпоху Брежнева, после которого советская система с середины 1980-х вошла в отрытый кризис.

Вопрос: Какие основания есть так говорить, какие признаки?

Андрей Коряковцев: По сути, сейчас, так же, как и тогда, возникает новое гражданское общество, со своими ценностями, идеями, со своими героями, со своими программами. Все это пока жалко и смешно, но это пока. Так же и в советское время – ну, кому угрожали эти первые столичные диссиденты? Их можно было легко посадить, выслать, запугать. Но потом-то вышли на улицы толпы. Элемент внешнего влияния во время подобных кризисов, конечно, есть, я его не отрицаю, о нем нам талантливо рассказал сериал "Спящие". И он общественно опасен. Но влияние этого элемента нельзя преувеличивать и впадать в унылую конспирологию. Он имеет силу только когда в обществе есть недовольство, причем, выраженное в особых идейных формах. Само по себе недовольство извне не создается, оно возникает как реакция общества на собственные противоречия. А вот идейные формы социального протеста могут быть разными. Идеи, выражающие конструктивную программу оппозиции, обычно складываются очень долго. Пока их нет. Поэтому – не будите лихо, господа "козицыны"!

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

398

Похожие новости
17 июля 2018, 12:45
16 июля 2018, 14:45
17 июля 2018, 06:45
18 июля 2018, 20:00
17 июля 2018, 16:00
18 июля 2018, 12:45

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Популярные новости
14 июля 2018, 13:45
12 июля 2018, 13:45
16 июля 2018, 23:15
17 июля 2018, 03:15
15 июля 2018, 15:16
14 июля 2018, 09:15
14 июля 2018, 09:45

Интересное на сайте
17 мая 2011, 11:31
20 декабря 2010, 13:40
23 июля 2013, 12:40
13 апреля 2013, 10:41
02 ноября 2011, 15:09
21 сентября 2012, 10:07
28 января 2014, 16:31