Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно либо иным способом – по своему выбору.
Статья 34 Конституции Украины

Главная
Аналитика Политика Россия Украина В мире Разное

Иран — США. Войны проигрываются до их начала

К вечеру 3 января стало ясно, когда и где Иран ответит США на убийство генерала Касема Сулеймани. Как говорится в заявлении Совбеза исламской республики, это произойдёт «в нужное время и в нужном месте». Здесь ни грана иронии: Тегеран обозначил стратегию, которую попытается навязать противнику в начавшейся войне.

Итак, немедленного, а значит малоэффективного ответа в виде локальных атак против подразделений армии США на Ближнем Востоке, скорее всего, не будет. Вернее, атаки будут, но они будут иметь в первую очередь политические цели — формирование антиамериканской (проиранской) коалиции.

Сирийцев особо уговаривать не нужно, но здесь очевидны две проблемы. Первая: страна разрушена девятилетней войной и ей жизненно необходима передышка. Вторая проблема (для Ирана) — позиция России. Которая, скажем обтекаемо, не столько помешает Башару Асаду заключить союз с Тегераном, сколько поможет Асаду избежать принятия на себя серьёзных обязательств.

Можно предположить, что Москва и Вашингтон в кратчайшие сроки договорятся о некоем, пусть «идеологически» благожелательном в отношении Ирана, но нейтралитете Сирии. Условия: США выводят войска с восточного берега Евфрата и с базы Ат-Танф на стыке границ Сирии, Иордании и Ирака, т. е. полностью уходят из Сирии. Дамаск, в свою очередь, удерживает ливанскую шиитскую Хезболлу от атак на Израиль и идёт на примирение с Иорданией. Таким образом, усилиями России и США создаётся определённый пояс безопасности вокруг Израиля, но и Ирану с этого направления ничего не должно угрожать.

Правда, переоценивать эффективность этого пояса тоже не стоит: бойцы Хезболлы будут пользоваться «сирийским коридором» в направлении главного театра военных действий (ТВД) в районе Залива, а израильская авиация будет действовать за пределами своих границ (как всегда, ни у кого не спрашивая разрешения). Вероятно, в качестве гарантии вот такого «полуджентльменского полусоглашения» США захотят на какое-то время сохранить контроль над ключевой базой Ат-Танф — этаким «спящим плацдармом» сирийской оппозиции. Одно дело неприкрытая интервенция США через границу Ирака или Иордании в направлении Дамаска, и совсем другое — «наступление оппозиции» на Дамаск с территории Сирии же. Однако убийство генерала КСИР показало, что США отбросили всякие формальности, поэтому и значение базы теперь уже не так велико.

Турция — единственное государство НАТО, граничащее с Ираном, и здесь Тегерану достаточно будет твёрдого нейтралитета, т. е. полного закрытия турецкого воздушного пространства с запретом пролётов не только боевой, но и транспортной авиации. Сигналом в этом направлении может стать хотя бы декларативная поддержка Тегераном намерения Анкары ввести войска в Ливию.

Трем государствам Южного Кавказа придётся приглушить прозападную активность. Даже у «форпоста Запада на Кавказе» на этот раз хватило ума отстраниться, президент Грузии Саломе Зурабишвили благоразумно отмалчивается: все-таки профессиональный дипломат и гражданка Франции. Можно только догадываться, какое «междометие» она добавила к слову «дебилы», узнав о взрывах в аэропорту Багдада. Президент Азербайджана Ильхам Алиев накануне нового года жестко ответил на разговоры о возможной ассоциации с ЕС, назвав предложенный Брюсселем документ «не соглашением, а инструкцией». Глава Армении Никол Пашинян, пусть не совсем по собственной воле, но может стать тем «революционером», который выметет, наконец, из страны соросовские структуры и полуторатысячную агентурную сеть под дипломатическим прикрытием «сотрудников посольства» США (наводнивших «форпост России на Кавказе» при его «пророссийских» предшественниках): «их революция» достижений не принесла, альтернативы России нет.

А если говорить прямо, то в случае начала активных боевых действий между США и Ираном придётся закрыть «Северный транзит» грузов для армии США в Афганистане (Грузия — Азербайджан — Казахстан — Узбекистан), иначе государства, по которым идёт маршрут, станут законной целью для иранских вооруженных сил.

Ума сыграть в великую державу (среди государств, чья позиция не имеет практического значения) пока хватило только Киеву. «В Украине обеспокоены продолжающейся эскалацией ситуации на Ближнем Востоке после атак на базу операции „Несокрушимая решительность“ и посольство США в Ираке, а также сегодняшних ответных действий Соединенных Штатов в Багдаде» — говорится в заявлении МИД этой страны.

Таким образом, Киев полностью солидаризовался с версией США, согласно которой командующий силами спецопераций генерал Сулеймани это тот человек, который организовал «ракетный обстрел» базы США под Мосулом, в результате чего погиб один рабочий, и протест у посольства США в Багдаде «гражданских активистов» (выражаясь в принятой на Украине терминологии). СМИ единодушны: оружия у нападавших не было. Негусто для «террориста номер один в мире», как охарактеризовал генерала Дональд Трамп уже постфактум. О «сотнях убитых» и «тысячах раненных» Сулеймани американцах даже украинский МИД написать постеснялся. Но то, что обстрелу базы предшествовала неспровоцированная атака ВВС США на базу шиитской милиции в расчет также не принято. Украина назвала агрессию США «ответными действиями».

Чего смог добиться Туркменистан (продолжая движение из Закавказья по часовой стрелке), так это признания его нейтрального статуса. Туркмены не афганцы, их просто меньше, но какой-никакой консенсус в мире сложился: лучше не пытаться сюда влезать, чтобы не влезли другие.

Основную часть иранского добровольческого корпуса, сражавшегося в Ираке и Сирии против ИГИЛ (организация запрещена в России) составляли на самом деле афганцы-шииты (хазарейцы). За жалование и гражданство Ирана: для афганца Тегеран как для иранца Париж. Очевидно, они повоюют ещё: Афганистан станет главным ТВД прокси-войны ещё до войны в Заливе (если она начнётся). История Ближнего Востока последнего десятилетия знает примеры немыслимых ситуативных коалиций. Таким образом, можно вполне допустить коалицию хазарейцев и талибов (которые, кстати, сделали больше для разгрома ИГИЛ, чем правительственные силы). В этом случае разгром США здесь неминуем. С дальнейшим разделом Афганистана (см. «Прогноз на 2020-е — 2030-е: Россия, Китай и полная Грета Тунберг»).

Барак Обама вывел из Афганистана 120-тысячную группировку армии США, но оставил 10 тысяч с небольшим с единственной целью: цифры забудутся, а президентом, который «вывел войска», сдал Кабул, предал союзников и т. п., в учебниках останется кто-то другой. В данном случае — Трамп. Вероятность такого развития событий тем выше, что для Трампа понятия «предательство союзников» и «аннулирование сделки» равнозначны.

В Исламабаде растёт возмущение креном Вашингтона, некогда «традиционного союзника», в сторону Нью-Дели. Для пакистанцев стала национальной катастрофой и унижением ликвидация правительством Индии автономии преимущественно мусульманского (и оспариваемого Пакистаном) Кашмира, его раздел и понижение статуса от штата до двух союзных территорий. США даже не выразили беспокойства по этому поводу. При том, что «союзник» всё так же безапелляционно, как прежде требует от Исламабада согласования рамок сотрудничества страны с Китаем и Россией. Пакистан уже не раз прерывал «Южный транзит» грузов и личного состава армии США в Афганистан. Большая война вынудит сделать это снова. Хотя, иранские атаки Пакистану, конечно, не грозят. Здесь, скорее, может сложиться «большой союз» — Иран-Пакистан — в развитие «малого» — хазарейцы-талибы.

Одним словом, ускоренный вывод контингента НАТО из Афганистана может стать показателем того, насколько серьёзно США готовятся к большой войне в Заливе.

И снова ключевая страна — Ирак. Иран не может обороняться и ждать, когда его «вбомбят в каменный век». Он должен наступать, «разгромить врага на его территории» — уничтожить американские базы в Кувейте, Бахрейне, Эмиратах, Омане. Парадокс: в Саудовской Аравии находятся только учебные и второстепенные, двойного назначения базы США. Добраться до них всех Иран может только через территорию Ирака.

Но Тегеран не может и просто ввести войска в соседнюю страну. Ни по приглашению «правительства в изгнании», «революционного правительства» или, без затей — «народных масс». Только по просьбе правительства Ирака, легитимного как в глазах собственного народа, так и международного сообщества.

Два шиитских и крупнейших парламентских блока (правда, только 101 депутат из 329) в первый же день после убийства Сулеймани внесли законопроект с требованием вывода иностранных войск с территории страны. Ленты информагентств сообщают, что американцы «палят со всех стволов во все стороны»: 4 января ракетному удару подверглись машины медиков, погибли шесть человек. Будто бы США охотятся за главой шиитской милиции Ирака, но происходящее уже больше напоминает истерику.

Однако несомненно, что решающее значение будет иметь позиция иракских курдов и суннитов. Первые оценили «союзнические обязательства» США на собственной шкуре. Вторые после свержения Саддама Хусейна превратились в парий в собственной стране. Что, в конце концов, вылилось в суннитское восстание, которым, в свою очередь, воспользовались самые отмороженные джихадисты со всего света: так возникло ИГИЛ. Понятно и то, что Вашингтон также попытается разыграть курдскую и суннитскую карты, чтобы удержать Багдад от союза с Тегераном. Вопрос в том, захотят ли курды и сунниты ещё раз положиться на США или удовлетворятся малым: укрепят свои позиции и права в стране.

Сложных вопросов масса. Тегеран не сможет договариваться с курдами и суннитами за спиной Багдада, а тот не пойдет на существенные уступки и риск распада страны. Во всяком случае, без достойной компенсации. А как сказал в позапрошлом году в частной беседе один не иракский, но арабский журналист, «вопрос Кувейта не снят с иракской повестки». Речь шла о волнениях в южноиракской Басре и справедливом перераспределении нефтегазовых доходов. Вот он и «пошутил», что для справедливости как раз и не хватает кувейтских углеводородов.

Впрочем, если три общины Ирака легитимно разойдутся, это устроит Тегеран в наибольшей степени: ему нужен только шиитский юг (богатый нефтью). А если из Тегерана прозвучат слова про «исконно турецкий Киркук» (также богатый нефтью), то Анкара всё сделает сама. И очень быстро. Остаётся ловить «сигналы», вылетающие из ирано-турецко-иракско-курдско-суннитского «клубка».

Строго говоря, одержать чисто военную победу в войне против Ирана США не могут. Перевалы Загроса это не голая пустыня, где можно на расстоянии десятков километров перед колонной выжигать всё шевелящееся и теплокровное. Ставка делается на внутренний социальный взрыв. В том же материале по ссылке с прогнозами на 2020-е — 2030-е мы только на одном примере (а их много, поверьте) рассказали о какой-то «паталогически-протестной» любви иранцев, оказавшихся за рубежом, к алкоголю и свинине. Но это «внутренняя кухня». Хм, каламбур. Перед угрозой внешнего врага те же самые, вполне светские иранцы удавят любого, кто предаст их аятолл. А дрейф от воинствующей теократии к воинствующему национализму начался ещё при Махмуде Ахмадинежаде и, видимо, станет альтернативой «демократизации» Ирана.

США могут сосредоточить в Саудии хоть полумиллионную армию. Вопрос в том, как долго они смогут ее там держать. Подвергаясь ракетным атакам даже не со стороны Ирана, а со стороны йеменских шахтёров и трактористов.

Если США поиграют в этой «песочнице» и тихо уберутся, то у Саудии будет шанс на почётный мир с Ираном. («Сирия, вероятно, будет иметь партнёра в лице России. Я желаю им удачи. У них там много песка, с которым они могут играть», — Дональд Трамп, 16 октября 2019 года).

Если же попытаются атаковать Иран с саудовской территории и уберутся только после этого, по обыкновению бросив союзников, то велика вероятность, что иранцы и йеменцы встретятся где-то в районе Эр-Рияда. («Пусть кто-нибудь другой сражается за эти залитые кровью пески», — Дональд Трамп, 24 октября 2019 года).

Да, вероятность велика, но не абсолютна: рядом Сирия (и с ней Россия), рядом Турция, Китай (КНР уже получила в качестве обеспечения невыплаченных кредитов порты на Шри-Ланке и в Кении), а также Пакистан с Индией. Ирану придётся считаться с ними: вряд ли кто-то согласится, чтобы одна страна полностью контролировала нефть и газ Персидского залива. Ничего нового под солнцем: у победы всегда много отцов.

А может быть, война закончится, не начавшись 4 ноября 2020 года — на следующий день после президентских выборов в США. Ведь «импинчеры"-демократы в замешательстве: какой может быть импичмент в воюющей стране? Разве что остаётся надеяться на оглушительный провал авантюры и дальнейшее судебное преследование Трампа с хорошими юридическими перспективами.

Но это как раз тот случай, который опровергает один из постулатов демократии. О том, что этот строй позволяет устранять последствия неправильного выбора. Последствия провала Трампа на Ближнем Востоке, как и в Европе, и в Восточной Азии, окажутся для США неустранимыми.

Альберт Акопян (Урумов)

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

1058

Похожие новости
18 января 2020, 03:30
18 января 2020, 11:30
17 января 2020, 17:30
18 января 2020, 15:00
18 января 2020, 05:30
18 января 2020, 09:00

Новости партнеров


Новости партнеров
 

Новости

Популярные новости
12 января 2020, 15:00
11 января 2020, 17:30
11 января 2020, 17:30
12 января 2020, 13:30
15 января 2020, 23:00
12 января 2020, 21:30
16 января 2020, 21:30

Интересное на сайте
22 августа 2012, 10:54
15 февраля 2013, 14:22
13 апреля 2013, 10:41
01 марта 2011, 15:10
21 марта 2013, 11:02
22 февраля 2013, 16:53
17 мая 2013, 16:30